Skip to content

Прогноз гниет с головы

02.07.2010

Вокруг реабилитации ОАО “АзияУниверсалБанк” у министерств и ведомств, которые задействованы в этом деле, пока вопросов больше, чем ответов. Принятый план, можно прогнозировать, упрется в реализацию. По крайней мере, в заявленные сроки уложиться вряд ли удастся.

Они как бы есть, но их как бы нет
Декрет о национализации ОАО “АзияУниверсалБанк” носит характер закона, в котором выражена политическая воля передать акции банка в собственность государства. А вот в плане реабилитации банка расписаны механизмы огосударствления этого финучреждения. На согласование по госорганам его послали в пятницу, 18 июня, а в воскресенье на заседании правительства план был молниеносно одобрен. Быстрота принятия решения, конечно, чем–то объясняется. Возможно, активными действиями Азимбека Бекназарова, о которых уже в критическом свете упоминал Нацбанк на последней пресс–конференции.
Реализация однозначно осложняется тем, что Кыргызстан не имеет законодательства и опыта в области национализации. В госорганах склонны считать идею о переходе АУБ в госсобственность положительной, потому что трудно прогнозировать, что могло бы случиться, не будь этого. Например, банк могли бы разделить. Финансисты, не видевшие отчетности АУБ, до последнего времени недоумевали: с чем связано столь резкое ухудшение финансового состояния компании? Когда же им показали, то стало понятно, что дело в ценных бумагах, приобретенных для АУБ.
Как стало известно “Вечерке”, речь идет о номинированных в рублях депозитарных расписках, акциях, векселях российских компаний, которые приобретались у эмитентов России и Украины. Сумма более чем вдвое превышает уставный капитал банка. Ценные бумаги должны были храниться в депозитарии, но их там не оказалось. Центральноазиатская фондовая биржа, являющаяся по ним депозитарием, передала их одному российскому гражданину на основании договора на хранение. В итоге, как объясняет Нацбанк, собственный капитал банка стал отрицательным.
Госфиннадзор полагает, что кто–то из бывшего руководства АУБ к этому делу причастен.
— Но можно ли считать, что ценные бумаги безвозвратно потеряны? Навскидку — нет. Они покупались на юридическое лицо, поэтому никто, кроме АУБ, не может ими распоряжаться. Однако не исключено, что их могли передать по доверенности, но фактов пока таких не установлено, — рассуждает и.о. председателя Госфиннадзора Нурбек Элебаев.
В то же время в плане реабилитации, который приняли в оперативном порядке, вероятность возврата ценных бумаг в АУБ даже не рассматривалась. Хотя можно было бы заняться их поиском и подтверждением прав владения АУБ. Тогда финансовое состояние банка с их возвращением на баланс могло бы выправиться. Только после проведения этой работы можно будет с уверенностью сказать, потеряны или нет ценные бумаги. В данном направлении Госфиннадзор начал проводить работу с российскими и украинскими коллегами.
— Мы направили соответствующие запросы. Надеюсь, что в ближайшее время выясним, тупиковый или нет данный вопрос и насколько. Пока же составляем реестр приобретенных на имя АУБ ценных бумаг и делаем свою экспертизу по вопросу возможного перехода прав на них, — рассказывает Элебаев. — Стоит отметить, что часть пропавших бумаг находилась в документарном виде, а часть — в электронном. Первую — их обладатель вполне мог вывезти за границу. С другой стороны, остается надежда, что погашение ценных бумаг должно произойти в сторону АУБ. Но проблема в том, что их пока нет в наличии. А также в том, что они могут быть оформлены на предъявителя. Иначе зачем частному лицу бумаги, которые он не может обналичить? Все эти вопросы мы тоже не сбрасываем со счетов. В общем, ситуация на самом деле неординарная, поэтому Госфиннадзор надеется на содействие госорганов России и Украины.

А судьи кто…
Акции АУБ находятся сейчас у их действующих владельцев. В плане реабилитации прописано, что оформление прав собственности на банк осуществляется Мингосимущества. На самом деле трудно представить, как министерство будет этим заниматься. Ведомство может быть той структурой, которая станет стороной от лица государства как владельца акций банка. Вместе с тем операцию по переводу ценных бумаг должен произвести независимый реестродержатель под контролем другого государственного органа в лице Госфиннадзора.
Почему это должно происходить так, а не иначе? Потому что, согласно Закону “О рынке ценных бумаг”, переход права собственности происходит в четырех случаях: по инициативе зарегистрированного лица, при наличии документа о совершении сделки, при наличии документа, подтверждающего правопреемство, по решению суда.
В Госфиннадзоре считают, что в случае с АУБ могли бы действовать два основания, различающиеся для двух групп акционеров. В первом случае речь идет о решении суда, которое можно было бы распространить на руководство банка и держателя контрольного пакета акций. Во втором случае, ценные бумаги, принадлежащие добросовестным приобретателям акций, необходимо выкупить с возмещением стоимости и выделить компенсацию.
— Но можем ли мы сейчас идти таким путем, когда положение дел в этом системообразующем банке ставит под угрозу деятельность всей банковской системы Кыргызстана? Конечно, нет. Поэтому необходимо вначале передать акции на счет Мингосимущества, успокоить весь рынок, провести дополнительную капитализацию и финансовую подпитку банка, одновременно запустить там все операции, довести его до реабилитации. А затем проводить возмещение стоимости акций и выплату компенсаций акционерам, — считает Элебаев. — Что касается первой группы акционеров, то здесь, скорее всего, нарушения в работе по управлению деятельностью банка с их стороны были. Поэтому, считаю, правильным возбудить по ним уголовное дело. А уже по решению суда, если он встанет на сторону истца, конфисковать акции…
Такую работу следует провести со всеми акционерами. А их у ОАО “АзияУниверсалБанк” оказалось около двух тысяч, из них около тридцати владеют контрольным пакетом. При этом примерно 97 процентов акций банка находятся у нерезидентов. Из общего объема около 20 процентов находятся в руках у добросовестных приобретателей и портфельных инвесторов, которые купили акции, так как видели перспективу развития банка, положительную динамику роста, тот факт, что компания — системообразующая для банковского сектора страны. Многие из таких добросовестных акционеров — наши граждане, которых насчитывается свыше тысячи, хотя владеют они всего 2,5 процента акций.
Насколько правильно забирать акции у этих групп людей без возмещения стоимости? Такой категории миноритариев государство однозначно должно возместить как минимум номинальную стоимость ценных бумаг. Кроме того, государство должно выплатить дивиденды, которые планировалось перечислить акционерам еще 18 мая. А это всего 105 сомов за каждую акцию.
В дальнейшем при процедурном решении вопроса возмещения стоимости акций Госфиннадзор предлагает разделить акционеров на две группы: тех, кто вообще оказался не при делах, и тех, кто влиял на решения банка. А пока же нужно сделать законной процедуру перехода прав собственности на акции от действующих акционеров государству. По мнению финнадзора, это можно сделать дополнением в декрет о национализации АУБ.
— Есть мировая практика, когда при смене власти в стране новое правительство выпускает декреты, временно носящие силу закона. Но с приходом парламента эти декреты рассматриваются, и решения становятся законами. Если же процедуры не соблюдаются, то происходит банальный передел собственности, как это было после 2005 года, — приводит доводы и.о. председателя Госфиннадзора Элебаев.

…и где деньги?
Теперь рассмотрим процесс капитализации банка, отраженный в плане реабилитации.
Капитализация — это не просто процедура перевода средств со счетов Минфина в банк. Процесс означает внесение денежных средств в капитал компании. И осуществляется это через дополнительную эмиссию акций. Фактически компания должна выпустить дополнительную эмиссию в пользу государства и, приобретая эти акции, внести капитал в компанию. И тут нужно подчеркнуть, что дополнительное размещение и регистрация эмиссии опять же происходит через Госфиннадзор, о котором в плане реабилитации АУБ, кстати, не упоминалось.
На решение вопросов по двум группам акционеров, именно по возмещению стоимости акций и их конфискации, уйдет достаточно много времени. С учетом того, что председатель совета директоров банка Михаил Надель планирует подать иск в международный арбитраж, то это продлится еще дольше. Правда, местные суды могут решить, что все приобретения Наделя были незаконными. Но данный вопрос в судебном порядке пока не рассматривался. При этом иски Муратбека Мукашева здесь не в счет, так как к национализации не относятся.
— К судебным процедурам нужно отнестись очень серьезно. Поскольку любые ошибки кыргызстанских юристов могут быть использованы Наделем в свою пользу. После того как мы добьемся реабилитации банка, необходимо предельно деликатно и в правовом русле решать вопросы, связанные с акционерами и вкладчиками “АзияУниверсалБанка”. При этом если при консервации и реабилитации банка приоритет отдается вкладчикам, то при национализации он должен быть отдан добросовестным акционерам, — убежден Нурбек Элебаев.

  • взгляд
    Заботиться о законности принятия решений кто–то должен. Это, конечно, хорошо, но мало волнует рядовых клиентов, которых акции самого банка не интересуют. Их заботит качество предоставляемых услуг и широкий ассортимент. И в этом плане банковский сектор потерял очень много.
    В “АУБ–гейте” оказалось столько сторон, где каждый тянет одеяло на себя! Самые основные фигуранты — существующие пока акционеры, Нацбанк и, скажем так, отдельные личности, наделенные властью вытаскивать нужные решения из–под судейского молотка. Как только окунаешься во все юридические и политические тонкости вокруг банка, то понимаешь, что групп интересов там еще больше. Но пока все усердно делят компанию, чья репутация уже опустилась ниже плинтуса, как, впрочем, и собственный капитал, то пострадавшей стороной остаются еще и клиенты АУБ. Собственно, банки для того и создают, чтобы оказывать услуги физическим и юридическим лицам. Самое дурацкое во всем этом скандале, что о клиентах напрочь все забыли.
    Между тем одни до сих пор не могут снять депозиты. Вот кто–нибудь подумал о том, что вкладчик по фамилии Петр Тен не может забрать свои сбережения? Конечно, нет. Другие недоумевают, стоит ли выкидывать банковские карточки, на использование которых нас так долго уговаривали перейти. Во время встречи со свекловодами те вообще возмущались, что из–за скандала им не достался заем от микрокредитной компании “АУБ–Агро”. Одни сдали документы, но деньги для покупки семян и удобрений взять уже не успели. Другие только собирались обратиться за кредитом в организацию. Под льготные проценты без залога взять деньги теперь уже не получится. Из–за этого многие засеяли меньшее количество семян на своих полях. Другие же экономят на всем, поэтому еще большой вопрос, качественный ли урожай они соберут осенью.
    Несколько фирм были застрахованы в компании “АУБ–Страхование”. Их бизнес пострадал, но страховую премию теперь им перечислить не могут. У нас и без того страховой рынок совершенно не развит. Теперь же предприниматели еще более настороженно будут относиться к страховщикам, даже если они к АУБ отношения никакого не имеют.
    Спросил ли кто–нибудь рекламную компанию и типографию, у которых банк был основным заказчиком визиток, буклетов, календарей и прочей сувенирной продукции? А ведь речь шла о миллионах сомов. Такие отдельные факты, из которых, кстати, формируется вся экономика, мало волнуют те силы, которые с головой залезли в аубовские финансы, чтобы имущество банка раздербанить до последней монеты.
    Если говорить о непосредственных участниках происходящего вокруг АУБ, то почему мы продолжаем решать дела по понятиям, а не по закону? Взять то же обвинение в адрес председателя совета директоров и держателя контрольного пакета акций банка Михаила Наделя. Отдельные чиновники и следственные органы его обвиняют в том, что он взял собственные деньги, по сути, из собственного банка. Они никому не принадлежали: ни каким–то компаниям, ни госорганам. С каким смаком зато заявляют чиновники о том, сколько же у человека было денег на счету. Вот кому какое дело, сколько средств хранится в моем кошельке? Например, в США общественность зорко следит за всем происходящим у президента, министров или конгрессменов. Но они государственные мужи. И общественный контроль тут нужен. В данном же случае целесообразнее было говорить о том, совершены ли Наделем незаконные операции. Если расследование это доказало, то отправлять надо дело в суд, который будет выносить решение, не руководствуясь национальной принадлежностью главы АУБа или аффилированностью с Семьей, а законом, перед которым все равны.

Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (2 июля 2010г)

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: