Skip to content

Звенья одной взятки. Финпол Киргизии тянут-потянут…

07.08.2010

Глава МВД Кубатбек Байболов с чего–то решил, что финпол будет лучше смотреться в структуре органов внутренних дел. Мол, так взаимоотношения с бизнесом наладятся. Между тем предприниматели к этой идее относятся индифферентно, так как убеждены: проверяющие органы одним миром мазаны.

Бизнес не души от широты души
Разборки с экономическими преступлениями всегда были лакомым кусочком для руководителей госорганов. За счет них чиновники обычно делали себе кассу, поэтому Государственную службу финансовой полиции (ГСФП) при каждой реформе госуправления пытаются перетянуть к себе разные ведомства. Ведь структурное подразделение, занимающееся главным образом коррупцией среди чиновников, априори не может завести уголовное дело на представителей вышестоящего органа, хотя перед законом все должны быть равны.
Новый министр внутренних дел Кубатбек Байболов тоже решил не церемониться и вернуть расследование экономических преступлений под свое крыло. Об этом он заявил во время встречи с представителями бизнес–сообщества. Как сообщила пресс–служба МВД, встреча состоялась с целью обсуждения и поиска оптимальных путей реального обеспечения свободного предпринимательства, предотвращения незаконных проверок и вмешательства со стороны правоохранительных органов и соблюдения “правил игры” со стороны хозяйствующих субъектов для недопущения криминализации экономики. В своем выступлении Байболов отметил необходимость установления доверия между бизнес–сообществом и органами внутренних дел, что подразумевает формирование консенсуса или своего рода “джентльменского соглашения” между двумя сторонами, направленного на всемерное сужение “теневой экономики”. В общем, встреча с предпринимателями прошла в лучших традициях популизма.
К сожалению, представители большинства госорганов публично заигрывают с бизнесменами. Возвращаясь же к исполнению служебных обязанностей, делают все по–старому. И МВД здесь не исключение, а подтверждение правила.
По словам Байболова, он стоял у истоков создания финполиции, и тогда была убежденность, что, “вырвав у МВД полномочия по расследованию экономических преступлений, сотрудники финпола помогут государству”.
— Однако время показало: финполиция продемонстрировала наихудшие образцы взаимоотношения с бизнесом, — заявил Байболов.
Хотелось бы отметить, что 70 процентов сотрудников финпола — выходцы из МВД. Уровень функционирования всего госуправления в Кыргызстане в принципе являет собой образец наихудшего взаимоотношения с бизнесом. Что касается профессионального уровня сотрудников финпола, то почему у милиционеров будет лучше получаться расследовать экономические преступления? Если же штат ГСФП переведут в МВД, то правонарушениями в экономике будут заниматься те же люди.
Кстати, в какой–то степени ГСФП временное правительство уже озадачило обязанностями правоохранительных органов. Во время беспорядков на юге наравне с сотрудниками МВД финполовцы были задействованы по всем мероприятиям, а в Бишкеке их вообще озадачили стоять на блокпостах. В трудные для страны времена те, конечно, не сетуют по этому поводу. Но не значит ли это, что огромный штат МВД не справляется со своими обязанностями?
Интересно также, сокращалось ли количество проверок хозсубъектов во время изменений в системе госуправления? Большинство предпринимателей однозначно ответит: “Нет”.

На ошибках мучатся
Возвращаясь к мытарствам финпола по разным госструктурам, стоит отметить, что такие органы, как налоговая и таможенная службы, сидят на бюджетных доходах. Поступления в республиканский карман блюли и финполовцы. При этом расходы из госказны никто раньше не контролировал. Пока Служба финансовой полиции находилась в структуре исполнительной власти, она и не могла по сути следить за должностными преступлениями кабинета министров, так как сама подчинялась главе правительства.
При реформе госуправления в 2009 году этой службе дали полномочия следить за бюджетными доходами и расходами. Органу добавили в начале названия слово “государственная” и переподчинили непосредственно главе государства. А МВД и ГСНБ лишились права заниматься расследованием экономических преступлений. Однако представители этих органов, по словам предпринимателей, не прекратили обход хозсубъектов. Их встречали и на “Дордое”, где стражей правопорядка очень интересовало, есть ли у предпринимателей патенты.
Усиление ведомства сильно критиковали, называя монстром, который был создан прежним режимом для контроля всех финансовых потоков, использования этой структуры в серых схемах, и прочее. В общем, под чье бы крыло ни отдали финпол, все оказывается плохо. Но дело тут даже не в финансовых полицейских, а в самой системе. Ведь у МВД, налоговой и таможенной служб, в других госорганах эффективность и прозрачность работы ничуть не лучше.
Но так как сейчас априори считается, что при прежних двух президентах было все ужасно, то новые власти начинают все менять подчистую. Обоснование для разного рода решений вызывает много вопросов. Например, Кубатбек Байболов заявил, что издан декрет временного правительства, согласно которому финполиция вновь сливается с МВД, где будет создано новое подразделение — Главное управление по борьбе с экономическими преступлениями и коррупцией. Позже пресс–служба главы государства наличие такого декрета опровергло, но не остановило желание МВД усилить свои позиции и превратиться в очередного монстра, у которого полномочий и прав больше, чем обязанностей.
Не менее безосновательным выглядит справка–обоснование к проекту декрета о том, что финпол следует преобразовать в департамент налоговой полиции Государственной налоговой службы. Инициатором этой идеи был заместитель председателя ВП Темир Сариев. Желание его понятно. Ведь после реформы госуправления в 2009 году налоговики оказались в подчинении у Минфина.
Причем и Байболов, и Сариев ссылаются на то, что их идеи помогут сократить давление на бизнес. Так, в письме от последнего к Розе Исаковне и написано: “В настоящее время деятельность субъектов предпринимательства в республике оказалась в затруднительном положении… Принятые меры по объявленным мораториям на проверки со стороны проверяющих государственных органов, в том числе и правоохранительных, нарушаются. Нужно создать условия для развития бизнеса в республике, то есть нужен новый импульс для развития бизнеса в республике”. Сколько пафоса! Вот только кто поверит, что наши высокопоставленные чиновники плетут интриги исключительно ради предпринимателей. Хотя… в Кыргызстане так повелось, что именно чиновники являются самыми богатыми людьми в стране. Богатство их легализуется в открытии бизнеса. Наверняка какой–нибудь из объектов проходил по уголовным делам, поэтому финпол был мальчиком для битья во все времена. Никто же из госмужей не скажет: “Вы зачем мой бизнес проверяете, еще неуплату налогов углядели?”.
Сами предприниматели сетуют, что проверяющие органы натравливают на них конкуренты. Но доказать, что фискалам и финполовцам дали команду “Фас!”, практически невозможно.
Какова будет дальнейшая судьба Службы финансовой полиции, скажет специально созданная комиссия. Однако очевидно: если ведомство окажется в структуре исполнительной власти, то ей выбьют зубы, свяжут руки. А на снижении давления на бизнес это практически никак не скажется.

Ничего личного — только цифры
Постановление временного правительства №57 говорит о том, что 357 штатных единиц при общей численности 597 Государственной службы финансовой полиции следует передать в МВД. Несмотря на то, что там следственный аппарат состоит всего из 107 человек, в прошлом году общее возмещение составило 1,3 миллиарда сомов, из них 951 миллион поступил в республиканский бюджет. При этом государство вложило в ГСФП 59 миллионов сомов.
Интересный факт: в 2009–м в отношении субъектов предпринимательства по налоговым преступлениям было заведено 74 уголовных дела, в отношении должностных лиц — 216. При этом 8 дел числится за Минобороны. Там традиционно попадаются во время тендеров и на взятках в военных комиссариатах. По семь уголовных дел заведено в отношении сотрудников МВД и Минюста, 6 — МЧС, 12 — таможни. Одними из рекордсменов по количеству уголовных дел стали налоговики — 23. Наверное, они очень обрадуются, если глава государства последует совету Темира Сариева преобразовать ГСФП в департамент при налоговой службе. Тогда уж сами себе они предъявлять претензии не будут. Хотя совершить налоговое преступление можно при участии или при попустительстве сотрудников налоговых органов.
Чтобы узнать истинное положение дел в Кыргызстане, обычно советуют цифры из официальной статистики умножать на 10. Так что финполу есть куда стремиться. Но сотрудники других ведомств тоже оказались скромны в выявлении фактов коррупции. Для сравнения: ГСНБ передала в суд 14 дел в отношении должностных лиц, а МВД — 117, при этом в штате министерства примерно 12 тысяч человек. Что же будет, если экономическими преступлениями станет заниматься МВД?
После упразднения Агентства по контролю наркотиков и передачи функций в Министерство внутренних дел в этой сфере изменений в лучшую сторону не наблюдалось. Между тем нельзя забывать, что выявлением преступлений в органах милиции занимаются все структурные подразделения. Так что если какой–нибудь сотрудник ППС будет ходить по торговым павильонам и предъявлять претензии, то давление на бизнес только возрастет. Конечно, руководство может издать всевозможные инструкции, чтобы противостоять нахальству своих сотрудников, но только правила, как правило, не действуют. А за таким количеством подчиненных ни один министр не уследит.
В Кыргызстане в соответствии с распоряжением временного правительства была создана межведомственная комиссия, в состав которой вошли представители аппарата правительства, финполиции, Генеральной прокуратуры, ГСНБ, МВД, Министерства юстиции, Министерства финансов, Государственной налоговой службы. Задача комиссии состоит в определении целесообразности реформирования деятельности Государственной службы финансовой полиции. Как сообщает пресс–служба финпола, в настоящий момент какие–либо мероприятия по сокращению штатов, передаче полномочий органов финансовой полиции другим ведомствам не проводятся.
Учитывая, как президент не любит заниматься вопросами экономики, имея философское образование, она от ведомства, в названии которого имеется слово “финансовый”, может избавиться. Хотя как арбитр на политарене глава государства могла бы держать кнут при себе.
Какая бы сторона ни одержала победу в схватке между госорганами, в формулировке будет говориться, что все делается для блага предпринимателей. Однако, прикрываясь защитой бизнеса, хотелось бы напомнить, что по итогам прошлого года ГСФП в отношении должностных преступлений было заведено в три раза больше дел, чем в отношении предпринимателей.

Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (6 августа 2010г.)

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: