Skip to content

Амнистия есть, а миллионов нет. Очередное посмешище правительства Киргизии

15.09.2010



Указ президента Розы Отунбаевой об амнистии лиц, совершивших экономические преступления, может стать еще одним провальным звеном в ее политической карьере. Ошибок за время президентства она совершила немало. Много нареканий вызывает и кадровая чехарда, и возможное привлечение административного ресурса провластными политическими партиями на предстоящих парламентских выборах. Амнистия, объявленная Отунбаевой, была скороспелой, без проведения предварительного широкого обсуждения в обществе. Некоторые члены комиссии, изначально призванной вытащить за ушко да на солнышко коррупционеров, сами с трудом могут ответить на многие вопросы, они даже не знакомы со своими задачами. Одни находятся в трудовом отпуске, другие — избегают интервью, третьи — отделываются вялыми комментариями. Поэтому на круглый стол “ВБ” были приглашены эксперты, способные проанализировать решение главы государства. О плюсах и минусах амнистии рассуждали статс–секретарь Министерства юстиции Чинара МАМИДИНОВА, политолог Марат КАЗАКПАЕВ, независимый экономист Жумакадыр АКЕНЕЕВ, глава Центральноазиатского института свободного рынка Мамбетжунус НАМАЗАЛИЕВ.

Презумпция виновности

“ВБ”: — Как считаете, станет ли действенным данный указ для пополнения бюджета страны? (Его издание свидетельствует о том, что денег в казне нет.) Сейчас многие обсуждают только его политическую и экономическую составляющую, а что конкретно он принесет — никто не может даже предположить.

АКЕНЕЕВ: — Как только указ вышел в свет, всем стало понятно, что он имеет как экономическую, так и политическую подоплеку. Что касается первой его части, то тут имеются некоторые сомнения. Неизвестно, напишут ли все те лица, которые были у власти при Акаеве–Бакиеве, заявления, возместят ли нанесенный экономический ущерб. Ведь это в какой–то мере будет означать их полный крах.
Подписав соглашение со следственными органами, они практически признаются в тех грехах, в которых их уличают. Доказывать экономические преступления очень тяжело, потому что в коррупционной схеме каждый делает свою работу, но при этом старается не оставлять следов.
Уже прошла половина отпущенного президентом срока (действие амнистии для лиц, совершивших экономические преступления, заканчивается 1 октября. — Авт.), однако никто из тех, для кого по сути предназначена эта амнистия, не изъявил желания сотрудничать с органами по факту возможного возмещения экономического ущерба. Это касается тех, кто находится за рубежом, и тех, кто в Кыргызстане. Все отрицают свою вину.
Не исключаю, что какая–то часть из экономпреступников после того, как суд признает их вину, захочет возместить ущерб. Потому что у них будет выбор: либо провести за решеткой определенное количество лет, либо расстаться с деньгами и остаться на свободе. В США такое широко практикуется. Там приговор сразу не выносится. Подсудному ставят условие, и он уже сам решает, как ему быть. Но в нашем случае не вижу экономической перспективы.

“ВБ”: — А какова политическая подоплека?

АКЕНЕЕВ: — Лично у меня сложилось такое ощущение, что члены временной власти готовы уже сейчас вынести свой вердикт: ты работал при прежней власти — значит, виновен. Хотя адвокаты, с которыми я общался, говорят: с юридической точки зрения очень тяжело доказать вину человека, совершившего экономическое преступление. Многие из таких дел бесперспективны. В целом это больше политическая акция, нежели экономическая. Хотя с высоких трибун много говорилось: сумма нанесенного ущерба составляет три миллиарда сомов и десятки миллионов долларов.
Генеральная прокуратура возбудила уголовные дела, и теперь ей надо отвечать за это, то есть она должна предпринять следующие шаги. Яркий пример с бывшим мэром столицы Нариманом Тюлеевым, которого обвинили в хищении более 800 тысяч долларов. Он в свою защиту сказал, что все делал законно, проводил тендер, есть закупочные акты. И таких дел много. В то же время проведение такой акции может свидетельствовать о гуманности членов ВП.
Полагаю, что единственным человеком, который способен что–то подписать и возместить, может стать бывший глава Мингосимущества Турсун Турдумамбетов, который работал при двух режимах.

МАМИДИНОВА: — По мнению Минюста, экономическая сторона амнистии предполагает полное освобождение от уголовной ответственности. В данном случае предусматривается только экономическая ответственность: экс–чиновника будут карать сомом.
Относительно того, что мало тех, кто откликнется на эту акцию. Еще раз подчеркну: указ носит добровольный характер, человек сам обращается в правоохранительные органы, и там с ним заключают соглашение. Он возмещает ущерб, причиненный государству в рамках незаконного деяния, и ему запрещается в течение пяти лет занимать определенные высокие политические и специальные должности, на которых он мог бы и далее совершать такие преступления.

А в Грузии сажают всех

“ВБ”: — А может, с коррупционерами все–таки необходимо обходиться жестче? Что с ними возиться да сюсюкаться? За решетку, и баста.

АКЕНЕЕВ: — Это первый такой акт, который проводится нынешним президентом. Может быть, это станет началом смягчения Уголовного кодекса. Если человек социально не опасен, то почему бы в отношении него не принять такие меры, тем более что он готов возместить ущерб? Это же намного лучше для государства, чем содержать его в тюрьме.

НАМАЗАЛИЕВ: — Решение об амнистии принято накануне парламентских выборов. Не случайно оговорен и срок — до 1 октября, то есть за десять дней до избрания нового состава ЖК.
Роза Отунбаева могла продолжить традицию своего предшественника по амнистии капиталов, которая ранее проводилась дважды, если была бы уверенность, что люди откликнутся. Тут есть как политические риски, так и выгода.
Угрозы заключаются в том, что новую власть уже сейчас обвиняют в лояльности по отношению к коррупционерам, которые ранее набили свои карманы, а сегодня у них появилась возможность за копейки откупиться за счет амнистии. Кстати, такое суждение может в определенной мере расшатать позиции нынешней власти, но, с другой стороны, у медали есть и обратная сторона. Дело в том, что лица, подпадающие под амнистию, выпадают из политической обоймы. То есть оппонирующая часть может быть менее представительной.
Однако совсем не уверен, что те люди, которых сейчас называют реваншистами, занимают радикальную позицию. Скорее всего, они не будут отказываться от своих принципов и продолжат борьбу за мандаты. А у людей появится убеждение, что сегодня можно красть, а завтра — откупиться.
На днях был в Грузии. Знаете, там старая гвардия чиновников, милиционеров сидит в тюрьме. Люди понимают, что они могут за хищения оказаться за решеткой. В нашем случае, возможно, мы создаем определенный отрицательный стимул.

МАМИДИНОВА: — Под амнистию подпадут только те лица, кто не опасен для общества и может возместить ущерб. Если есть возможность пополнить бюджет государства, то этим нужно воспользоваться. Не случайно в соглашении есть условие, что человек не будет пять лет занимать определенные должности. И еще один момент: бремя доказанной вины будет лежать на человеке. В случае, если он добровольно не соглашается возместить ущерб, то у органов прокуратуры появится возможность продолжать расследование в рамках возбужденного уголовного дела. И вина подозреваемого будет доказана. Однако если стороны все же решили заключить сделку, то она будет совершена в присутствии адвоката, который на равных со следователем примет участие в составлении этого документа.

Политический реверанс Отунбаевой

“ВБ”: — Роза Отунбаева сделала ход конем, однако вряд ли ей удастся поставить коррупционерам мат.

КАЗАКПАЕВ: — Отмечу, что здесь политическая составляющая многократно сильнее экономической — касается конкретно чиновников, к рукам которых липло народное добро. Полагаю, что указ издан не на пустом месте, была проделана большая работа, сделан анализ. Возможно, изучили опыт той же Грузии в первый год правления Михаила Саакашвили. Есть некоторый позитивный опыт. Но есть и проблемы. Не факт, что должностные преступники добровольно явятся с повинной.
Все помнят, что при кураторе силовых структур Азимбеке Бекназарове все, кто был арестован, через какое–то время оказались на свободе. В коррупции винят уже нынешнюю власть. Доказательную базу собрать сложно. Необходимо, чтобы органы следствия выявили конкретных лиц и установили размер ущерба.
Согласен, что есть вероятность откупа за копейки конкретных чиновников, которые прежде наворовали миллионы. Перед органами следствия стоит сложная задача. Просто так человек с повинной не придет. Все экс–чиновники, прикормленные прежней властью, будут полагать, что указ не касается их лично.
Считаю, должен быть принят комплекс сопутствующих документов. Это очень сложный процесс, но к данной акции все равно отношусь положительно, учитывая нашу прогнившую судебную систему. Кыргызстанцы в большей своей массе не уверены, что любое разбирательство будет доведено до конца, а виновные наказаны. Отунбаева не отрицает, что кто–то из бывших чиновников может откупиться. Но вместе с тем мы создаем прецедент для стран Содружества.

“ВБ”: — Многие уже сегодня говорят, что данный закон противоречит ряду других нормативно–правовых актов, в том числе и Уголовно–процессуальному кодексу и что, возможно, какие–то решения можно будет оспорить. Насколько такие моменты просчитывались при разработке данного указа?

МАМИДИНОВА: — Грубых противоречий с национальным законодательством я не вижу. Речь же не идет об общей амнистии, определенное наказание человек все же несет, в данном случае выплачивает ущерб. Просто не будет уголовной ответственности. Люди задумаются: для кого–то данный пример станет показательным, и человек не будет совершать такого рода преступления, памятуя, что может понести наказание.
Не думаю, что возникнут трудности в правоприменительной практике, связанные с самим указом. В нем четко указаны статьи, на которые он будет распространяться.

“ВБ”: — Напомните, пожалуйста, какой срок совершения экономических преступлений оговорен в данном указе? Ведь изначально предполагалось, что амнистии будут подвержены чиновники, совершившие экономические преступления с 24 марта 2005 года до 7 апреля 2010 года, то есть в период бакиевского правления.

МАМИДИНОВА: — Действие данного документа распространяется на любое деяние, совершенное до 7 апреля. То есть на все преступления, которые были совершены до этого момента.

“ВБ”: — Жумакадыр Асанович, издание указа лично вас не шокировало? Было вполне ожидаемо?

АКЕНЕЕВ: — Данная акция несколько иная, чем, допустим, амнистия капиталов. Она меня не шокировала, так как все понимают: таким образом власти хотят хоть что–то вернуть в государственную казну. У нас два–три бюджета в тени, никто эти вопросы не поднимает, не озвучивает. Есть надежда, что с приходом нового созыва ЖК что–то да изменится. И такие вопросы будут не только озвучиваться, но и приниматься конкретные меры.

Для кого указ не писан

“ВБ”: — Можно ли прогнозировать, что амнистия окажется провальной, если до сих пор никто не изъявил желания подарить политические очки ее инициаторам?

АКЕНЕЕВ: — Если до 1 октября никто под ней не подпишется, то это будет означать, что была показушная политическая акция.

КАЗАКПАЕВ: — В Грузии на волне революционной истерии все было сделано также революционно. Тогда схватили известных в стране людей, родственников бывшего президента Шеварднадзе. Они не приходили добровольно с заявлениями. Уже намного позже было заявлено, что арестованные лица могут быть амнистированы, если заплатят конкретную установленную сумму. То есть ущерб определяло само государство. Политическая воля со стороны государства вышла на первый план, когда официально объявили: или платишь, или сядешь в тюрьму.
Может быть, и в нашем случае необходимо сначала привлечь к ответственности конкретных лиц и требовать установленную сумму. Если государство не проявит большей решительности, то до 1 октября вряд ли кто–то придет с повинной. Можно было бы предоставить срок на раздумья, по истечении которого либо человек соглашается платить, либо его ждет наказание. Такова обычная практика.

МАМИДИНОВА: — Говорить о том, что экономическая амнистия окажется провальной, рановато. Давайте дождемся все–таки конца месяца. Не согласна, что указ должен быть некой угрозой, ведь решение о сотрудничестве с созданной комиссией добровольно. Указ вступил в силу совсем недавно. Информацию об амнистии надо растиражировать, чтобы как можно больше людей узнало о нем.

“ВБ”: — Под кого конкретно издали этот указ?

МАМИДИНОВА: — Такого конкретного лица нет. В документе четко обозначается круг лиц, на которых распространяется действие президентского указа.

НАМАЗАЛИЕВ: — Я согласен с тем, что сейчас невозможно оценивать, провальной или нет станет амнистия. Кроме того, непредсказуемы действия исполнительной власти. Если вспомнить кампанию по национализации, то многие не верили, что ряд предприятий на самом деле станут государственными.
Как правило, в нашей стране властные решения готовятся под конкретный круг лиц. Поэтому не исключено, что на них станут выходить и предлагать подписать признание. Таким образом, произойдет легализация коррупции. Что касается подобной практики, то на примере США и Грузии сделка с правосудием стала системным явлением. Там лица, совершившие некоторые виды преступлений и не представляющие социальной опасности, могут официально откупиться.
Тот факт, что в Кыргызстане экономпреступникам предложили явиться добровольно, означает бессилие правоохранительных органов. Они не могут поймать и, главное, доказать, что люди из составленного ими списка виновны.

КАЗАКПАЕВ: — Из прошлого опыта работы в госструктурах могу судить, что безосновательно решения властей не появляются. Вспомните, одних задержали, другие сотрудничают со следствием, третьих не просто так отпустили под домашний арест. И правоохранительные органы располагают информацией о том, чем владеют подозреваемые и что с них можно взять. Может быть, им в неформальной обстановке сказали: “Не будет судебного процесса, бурного обсуждения уголовных дел в прессе, лучше давайте сотрудничать”. Возможно, кто–нибудь как бы добровольно решится подписать соглашение.
Объявленная амнистия вызвала широкий резонанс. Наверное, к сегодняшнему дню должен был появиться один факт, которым можно козырять. И, может быть, даже стать для кого–то стимулом.

МАМИДИНОВА: — Мы не рассчитываем, что все экономпреступники повально согласятся на амнистию. Ведь в этом случае им придется раскошелиться.

КАЗАКПАЕВ: — Для создания единой правовой базы указ необходимо дополнить законами “О легализации доходов” и “О люстрации”. Сам процесс реабилитации не должен проходить в тени, а освещаться СМИ. Если информация о тех, кто сотрудничает с созданной комиссией, станет укрываться, то возникнут подозрения, что нынешняя власть просто выкачивает деньги. Сам же амнистируемый перестрахуется.
Хотел бы подчеркнуть, что государство должно устанавливать сумму возмещения. А дело амнистируемого и его адвоката ее оспорить.

МАМИДИНОВА: — Не совсем согласна, что государство обязано выставлять счет. Это похоже на рэкет.

“ВБ”: — А какая разница, в какой форме будут деньги поступать, если казна пустая?

МАМИДИНОВА: — Если говорить о варианте развития событий, который предлагает Марат Казакпаев, то может создаться впечатление, что государство намеренно заводит уголовные дела, чтобы провоцировать людей на совершение сделки. Но указ президента такую цель не преследует.
И не стоит думать, что если человек сам заявляет сумму ущерба, то речь идет о копейках. Ведь сумма устанавливается в том числе с оглядкой на факты, установленные следствием. Поэтому на момент заключения соглашения присутствуют как представители госорганов, так и адвокат, и сам амнистируемый. Что касается прозрачности сделки, то в комиссию включены представители общественных организаций (кстати, всего два человека. — Авт.).

“ВБ”: — Неужели можно рассчитывать на то, что люди из составленного комиссией списка перечислят в бюджет суммы, о которых идет речь в уголовных делах? Там же на одном человеке могут висеть сотни миллионов сомов.

АКЕНЕЕВ: — А мне кажется, ошибка в том, что сроки слишком сжаты. Может быть, надо дать хотя бы два–три месяца. По крайней мере, отодвинуть сроки за парламентские выборы. Некоторые из тех, на кого возбудили уголовные дела, сейчас стали кандидатами в депутаты от политических партий. Следовательно, согласно законодательству, на момент предвыборной гонки они имеют статус неприкосновенности. А после 10 октября еще неизвестно, пройдут ли они в Жогорку Кенеш. У них ведь есть надежда на то, что, если станут депутатами, уголовного преследования удастся избежать.

Сделка с совестью

“ВБ”: — Давайте порассуждаем о тех, кто может согласиться на сделку с властями. Бывают случаи, когда недобросовестные предприниматели соглашаются на колонию–поселение, лишь бы не отдавать 30–50 миллионов сомов недоплаченных налогов. Есть ли вероятность того, что под амнистию подпадут именно эти лица, а не те, известные руководители структур и компаний, на которых рассчитывают госорганы?

КАЗАКПАЕВ: — Да, такое тоже может произойти. Вы же знаете, какой в Кыргызстане уровень коррупции. Если сумма большая, то человек может найти адвоката, подкупить судей, лишь бы не возмещать причиненного государству ущерба. Но это не касается представителей малого и среднего бизнеса.

АКЕНЕЕВ: — Сейчас вообще сложно сказать, какая категория людей согласится амнистироваться. Но риски этого политического решения в том, что доказать виновность лиц и сумму причиненного ущерба очень сложно. И если следственные органы сработали слабо, то соответственно у подозреваемых появляется шанс избежать какого–либо наказания. Например, из “АзияУниверсалБанка” было перечислено 7 апреля почти две сотни миллионов долларов. Но как доказать незаконность этого действия? Это же надо сотрудничать с субъектами, находящимися за рубежом.

“ВБ”: — Был ли указ об амнистии инструментом для того, чтобы устранить политических оппонентов на выборах, раз в нем речь идет о том, что признавшие свою вину не должны пять лет занимать ответственные посты?

КАЗАКПАЕВ: — Думаю, да. У временного правительства много оппонентов. Во–первых, сам факт смены власти 7 апреля спорный. Во–вторых, члены временного правительства действовали недостаточно активно. Например, считаю, вина ВП в том, что оно позволило семье Бакиевых уехать из страны. Плюс добавилось тяжелое социально–экономическое положение.
В итоге сложилась довольно–таки сильная оппозиция. И те, кто нажил капиталы при прежней власти, будут сопротивляться. Поэтому власти и издали такой вот указ. Еще впереди дебаты по поводу Закона “О люстрации” как еще одном инструменте устранения оппонентов. Еще одним способом предупреждения был прошедший недавно форум по обсуждению выборов, на котором Роза Отунбаева сказала о применении чрезвычайных мер, если какие–то партии захотят сорвать выборы.

АКЕНЕЕВ: — Не надо делать секрета из того, что 10 октября — последний шанс для сторонников президентской формы правления. Конечно, парадокс, что они идут на выборы в Жогорку Кенеш, которые станут переходом на парламентскую форму правления.

особое мнение


Алексей ЕЛИСЕЕВ: Амнистируемых все равно привлекут к уголовной ответственности


“ВБ” попросил прокомментировать решение об экономической амнистии адвоката Алексея Елисеева, находящегося уже почти полгода за рубежом.
— Я бы не стал рекомендовать своим клиентам использовать для освобождения от уголовного преследования незаконный документ, названный составителями “Указом президента об амнистии лиц, совершивших экономические преступления”.
Надеюсь, что я не открою государственной тайны, если напомню содержание некоторых норм законодательства Кыргызской Республики, регулирующих вопросы амнистии в нашей стране. Так, согласно статье 74 УК КР, акт об амнистии издается только ЖК, а не какими–то иными лицами.
Возможно, я что–то пропустил в новейшей истории Кыргызстана, но мне кажется, что Роза Отунбаева еще не является нашим парламентом в одном лице. Я также полагаю, что в государстве еще действует Уголовный кодекс, поскольку иначе мы бы не говорили вообще о каких–либо преступлениях, а тем более об амнистии.
Кроме того, в силу прямого указания статьи 6 Закона КР “Об общих принципах амнистии и помилования” от 14 июня 2002 года возбужденные уголовные дела подлежат прекращению без каких–либо специальных обращений обвиняемых, а тем более каких–то соглашений.
Наоборот, поскольку амнистия является нереабилитирующим основанием для освобождения от уголовной ответственности, то амнистируемое лицо может только возражать против применения к нему такого акта, если считает себя невиновным. Но не проводить какие–то переговоры со следствием, судом или специальной комиссией.
Законодательством также не предусмотрена такая форма прекращения уголовного преследования, как “соглашение о возмещении ущерба”. В уголовном процессе вообще никаких соглашений между обвиняемым и следствием или судом заключаться не может! А участие в таком соглашении специальной комиссии вообще недопустимо, поскольку противоречит действующему уголовно– процессуальному законодательству. Так как производством следственных действий и принятием процессуальных решений уполномочены заниматься только следователь, прокурор или суд.
Закон не допускает создания какой–либо комиссии, уполномоченной определять ущерб от преступления и принимать решения об освобождении лица от уголовной ответственности. Более того, члены такой комиссии в последующем сами могут быть привлечены к уголовной ответственности по статье 318 УК за вмешательство в деятельность прокурора и следователя.
Акт о так называемой амнистии является незаконным, в связи с чем освободить по нему кого–либо от уголовной ответственности невозможно. Даже если по каким–то политическим мотивам по отношению к обратившимся за этой процедурой лицам уголовное преследование будет прекращено, то на самом деле это станет лишь временной отсрочкой отбывания наказания, а не полноценной амнистией.
С возвращением страны в правовое поле эти лица будут привлечены к уголовной ответственности в первую очередь, поскольку в распоряжении следствия появится признание вины в совершенных ими преступных деяниях, а также добровольно признанный размер ущерба. Может быть, это и есть реальная цель процедуры — попытаться обманом получить признательные показания.
В связи с этим говорить о том, что в Кыргызстане на самом деле в настоящее время объявлена амнистия, было бы, по меньшей мере, непрофессионально. За последнее время в стране было провернуто достаточно большое количество различного рода политических авантюр, оценивать которые с правовой точки зрения не представляется возможным. Это интересно обсуждать общественности, а для адвокатов и правоведов здесь лишь очередной повод констатировать низкий профессиональный уровень лиц, ратующих за такую инициативу.
Тем же, кто захочет воспользоваться объявленной амнистией, могу лишь посоветовать защищать свои права в рамках механизмов действующего законодательства, не прибегая к сомнительным политически мотивированным процедурам.

Эльвира ТЕМИР, Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (15 сентября 2010)

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: