Skip to content

Идеология — иммунитет государственности. Круглый стол в «Вечернем Бишкеке»

22.10.2010

Национальный вопрос, пожалуй, стал самым актуальным после скандальных разборок между партиями–фаворитами, претендующими на места в будущем коалиционном составе ЖК. Пока лидеры различных партий на платной основе размещают друг на друга компромат на информационных сайтах, оплачивают огромные тиражи никому неизвестных газет–однодневок, прокручивают на российских и казахских телеканалах непристойные видео с участием некоторых политиков, другие, оставшиеся, скажем так, в аутсайдерах, упорно проталкивают в жизнь свои идеи. Одним из таких политиков является советник президента Розы Отунбаевой Топчубек Тургуналиев, который в отсутствие законодательного органа взял на себя ответственность по инициированию юридических документов, касающихся будущего титульной нации, наших соотечественников за рубежом и национальных диаспор. Идеи Топчуке вызвали общественный резонанс. Кому–то его инициативы пришлись по душе, а кто–то воротит от них нос. В любом случае политологам и экспертам есть что сказать по национальному вопросу. Именно поэтому “Вечерний Бишкек” пригласил на круглый стол политологов Нурбека ОМУРАЛИЕВА и Эльмиру НОГОЙБАЕВУ, экономического эксперта Чингиза ТУРУШБЕКОВА, главного редактора газеты “Деньги и власть” Турата АКИМОВА.

Пробуждаемся от спячки

“ВБ”: — Топчубек Тургуналиев выступил инициатором ряда законопроектов — “О титульной нации”, “О соотечественниках”, “О национальных диаспорах”. Как вы относитесь к его идеям, в частности высказываниям по национальному вопросу?

ТУРУШБЕКОВ: — Высказывания Тургуналиева напоминают 1933 год, когда Адольф Гитлер пришел к власти. Тогда был принят ряд законов. Например, Закон “Об охране германского строя и германской чести”, где акцентировался вопрос о превосходстве арийской расы. Формулировки, озвученные Тургуналиевым, похожи на гитлеровские. Конечно, мы не ознакомлены с текстами законопроектов, но сама ситуация схожа.
Кыргызы на самом деле сейчас находятся в сложной ситуации. Страна испытывает различные катаклизмы, находится на грани чего–то непредсказуемого, страшного, поэтому в обществе находят отклики радикальные инициативы отдельных политиков. На мой взгляд, высшие государственные лица должны давать оценку таким высказываниям, тем более Тургуналиев — советник по политическим вопросам Розы Отунбаевой. То есть он должен понимать, какие инициативы он озвучивает.
В мировой истории уже были факты радикализма. И мы, кыргызстанцы, не должны отмалчиваться. Общественность, начиная от простых граждан и заканчивая первыми лицами государства, должна активно высказывать свою позицию.

АКИМОВ: — Не вижу ничего страшного в том, что говорит Тургуналиев. Национальное самосознание кыргызов долго находилось в спячке. Пять тысяч лет кочевой цивилизации дают о себе знать: не сформировалось обостренное чувство государственности. И сегодня мы пробуждаемся от спячки. Страшно, что это происходит на всех уровнях. Ситуация может выйти из–под контроля. Поэтому власти следует четко корректировать данный вопрос, а если она будет безответственно заниматься выводом собственности в оффшоры, то погрязнет в склоках.
Патриотизм должен воспитываться с детства. Национал–патриоты — фундаментальное политическое движение в любой стране: Турции, России, других государствах. Владимир Путин тоже национал–патриот. Просто руководитель должен знать, что делать. А когда у нас начинают пугаться национальных чувств, то это свидетельствует о незрелости государства. На этом фоне нами начинают помыкать, как будто страна не имеет своей титульности, будто нация не способна управлять государством. И все чаще звучат заявления, что Кыргызстан как государство не состоялся. Думаю, что таким образом происходит четкое программирование населения, направленное на развал страны лет, так скажем, через 50.

Не так страшен Топчуке, как его малюют

“ВБ”: — А какие у вас чувства вызывают подобные заявления?

АКИМОВ: — Не возмущаюсь. Для меня примером является Чингисхан, который не был академиком, вообще был неграмотным. Но он собрал полудикарей в единый кулак, сделал народ нацией, а нацию — империей. Поэтому все зависит от того, кого пошлет нам Бог.
Как можно говорить, что Кыргызстан — несостоявшееся государство? За эти земли в течение тысяч лет многие народы проливали кровь. Но только мы сумели их сохранить и обозначить собственное эго. Значит, мы должны сохранить наследство. И это чувство надо воспитывать, иначе потонем в словоблудии. Такова историческая ответственность.

НОГОЙБАЕВА: — Я могу понять Тургуналиева. Для меня такой призыв свидетельствует, что должен начаться процесс национального строительства, который так и не стартовал. Но прежде нужно построить государство. Точкой отсчета для такого строительства должны стать национальные интересы и суверенитет КР. Развитие мыслей Тургуналиева закономерное, но сами озвученные им инициативы — предмет дискуссий. Причем проводить их необходимо на различных уровнях.
Сейчас нам преподносят, что национализм — это нечто ужасное и радикальное. Мы начинаем, как в советские времена, комплексовать, из–за чего разговоры переходят на “кухонный” уровень. И именно здесь развивается национал–шовинизм, появляются маргинальные группы, и все переходит на примитив. А между тем обо всем этом необходимо рассуждать с высоко поднятой головой.
Если же станем и далее комплексовать, то будем подвергаться внешней идеологической обработке. Сейчас очевидно, что кто–то извне не хочет, чтобы мы стали самостоятельными и самодостаточными. К сожалению, кыргызы как нация легко ведутся на разного рода заявления, обсуждают и переживают из–за чьих–то некорректных высказываний. Тем самым мы ограничиваем себя, не развиваемся.

ОМУРАЛИЕВ: — Заявления Тургуналиева не такие уж страшные. Юридически принять его законопроекты сложно, так как они противоречат ряду международных документов, которые ратифицировались Кыргызстаном ранее. Мы сейчас с уверенностью можем сказать: сам Топчуке эволюционировал. Когда–то был специалистом по коммунистической идеологии, является кандидатом философских наук, причем писал диссертацию по теме интернационализма. Но после всех политических событий перешел с понимания эволюционного развития на революционное. Пережил свержение двух президентов. В принципе он хочет революционным путем ускорить долгий эволюционный процесс — создать государственность в Кыргызстане в очень сжатый срок. Такого не будет.
Я сторонник эволюционного пути развития. Считаю, что для развития кыргызской нации самое главное — не потерять принадлежность к своему этносу. В 1996 году была предпринята попытка отменить графу “Национальность” в паспорте и заменить на формулировку “Гражданин Кыргызской Республики”. Тогда против выступила Ассамблея народа Кыргызстана, и несколько месяцев спустя новшество упразднили.
Просмотрел все 29 программ политических партий. Ни в одной не нашел ничего созвучного с заявлениями Топчубека Тургуналиева. Именно партии, которые говорят о межэтнической солидарности, будут формировать новый состав парламента. Так что технически реализовать идеи Топчуке затруднительно.

НОГОЙБАЕВА: — Не так страшен Тургуналиев, как его малюют.

ОМУРАЛИЕВ: — Он нормальный человек, но он революционер, поэтому и методы у него такие. Как–то мы разговаривали с академиком Аскаром Какеевым. И он высказал интересную мысль о том, что кыргызы действуют как в игре в альчики: надо первым делом выбить “хана” за пределы круга и завладеть его имуществом. Так у нас и в жизни происходит.

Без титульности не будет государства

“ВБ”: — Некоторые сейчас считают, что понятие “титульная нация” некорректное, кыргызов нужно называть государствообразующей нацией. Тем не менее какова должна быть ее роль и стиль поведения в отношении других этносов?

ТУРУШБЕКОВ: — Кыргызы — доминирующий этнос. Мы те, кто на этой земле проливал свою кровь, завоевывал ее. Поэтому полностью несем ответственность за строительство государства. И обязаны относиться с уважением к представителям других национальностей. Но в то же время обязаны обозначить правила игры. Мы не должны быть против национального и культурного развития разных этносов, они имеют право сохранять свою идентичность.
Однако процесс строительства государства реализуется, поэтому говорить о такой общности, как кыргызстанцы, рановато. На данном этапе пока нет ничего страшного в том, что каждый имеет право идентифицировать свою национальную принадлежность.
В настоящее время, повторюсь, наше государство находится на грани развала. Много нерешенных проблем, которые как снежный ком нарастают с каждый днем. К сожалению, кыргызская элита еще несколько лет назад покинула родину в поисках лучшей жизни. Хотя многим из них на чужбине приходится нелегко. Зачастую кыргызстанцы за границей испытывают унижение и давление. В решении национального вопроса необходимо проявить мудрость. В Кыргызстане прежде всего необходимо построить толерантное сообщество, где каждому этносу вне зависимости от возраста, социального положения будут предоставлены равные возможности.

АКИМОВ: — Право титульной нации должно быть обосновано тем, что, повторюсь, она имеет право на территорию, которая называется Кыргызской Республикой. Однако отмечу, что в китайских учебниках по истории территория современной КР относится к землям империи Цинь. Никто не даст гарантии, что через полвека история не перепишется. Поэтому мы должны обосновать право титульной нации.
Не хотел бы мыслить фрагментарными категориями: сначала говорим о нацменьшинствах, потом дойдем до сексуальных и так далее. Такая сегментация мешает. Почему я говорю об обостренном чувстве государственности? Его необходимо воспитывать, но делать это нужно правильно.

ТУРУШБЕКОВ: — Для меня не важно законодательно закреплять понятие “титульная нация”, потому что я не чувствовал давления. Возможно, те, кто жил в советское время, чувствовал его.

АКИМОВ: — Если не обозначать титульность как таковую, то можно потерять государственность. История знает много таких примеров. Ведь если бы все было идеально, то Австралией до сих пор бы управляли аборигены, а Америкой — индейцы. Но так как происходят захватнические войны и существуют имперские амбиции других государств, то карта мира меняется. А историю пишут победители. Поэтому мы должны обосновать право жить на этой земле и строить государство под названием “Кыргызстан”. Нам это нужно для исторического существования в будущем.
Иначе все произойдет как в китайских учебниках или по сценарию секретных карт Пентагона, которые недавно вбросили в Интернет. Там Ирак разделен на три государства, Афганистан на два, а Кыргызстана вообще не существует, так как он разделен между Узбекистаном, Казахстаном и Китаем. И к такому развитию событий есть предпосылки: уже отдана часть земель соседним странам, в том числе в аренду. Но через 49 лет вы сможете объяснить своему внуку, что когда–то это были земли его родины?

Еду я на родину, пусть кричат: «Уродина!»

“ВБ”: — Вы нередко выезжаете за границу для участия в различных международных конференциях. Можете сказать, что думают и как позиционируют Кыргызстан за рубежом?

НОГОЙБАЕВА: — Мы единственная страна на постсоветском пространстве, чье название произносят по–разному. Кыргызстан называют Киргизией. Но ведь это республика в составе СССР. И когда произносится “Киргизия”, я чувствую идеологический подтекст, отношение как к стране–сателлиту. Но Кыргызстан — суверенная республика. И это надо четко подчеркивать и обозначать. За рубежом также на латинице название страны пишут по–разному. Для начала мы должны всем заявить, как называется наша страна, и поправлять тех, кто говорит неправильно. Такие небольшие шаги и есть строительство государства, позиционирование его как суверенного.
Но проблема в том, что у нас огромный идеологический вакуум заполняется чем попало. Мы должны перебродить национальной идеей, подумать, что нам нужно. Учесть опыт, например, июньских событий. И в качестве следующего шага мы должны обозначить себя твердо и амбициозно, заявить о себе на международной арене.

“ВБ”: — А вы лично можете назвать себя патриотом? И как не перепутать это с понятием “националист”? Как вообще можно и нужно развивать гражданственность?

АКИМОВ: — Чем отличается патриот от националиста? Патриоты — образец для подражания, и мы должны ими стать. А пока со стороны кажется, что мы дикари, которые всех режут и убивают. Якобы никакой государственности нет, вместо мозгов солома. Мы должны понимать, что Центральная Азия через несколько десятков лет станет самым опасным регионом на планете, так как растут амбиции сопредельных держав: Китая, мусульманских стран. Никто из внешних игроков не собирается отсюда уходить: таковы геополитические реалии.
Чувство национального самосознания растет. Но так как нет государственного контроля и четко заданного вектора, то получается, что сосед избивает соседа. А для чего вообще существует государство? Чтобы люди жили счастливо и мирно. Каждый может жить сам по себе, но если мы хотим быть счастливыми, то должны строить государство.

НОГОЙБАЕВА: — Что касается графы о национальности, то почему бы и не писать “Гражданин КР”? Нам нужно развивать гражданственность. Когда мы проходим паспортный контроль в чужой стране, то видим на лицах таможенников либо пренебрежение, либо удивление. Необходимо развивать любовь к своей родине. Вспомните Владимира Маяковского, когда поэт гордо отчеканивал, что он гражданин Советского Союза. Он был идеологом.
Когда нам постоянно навязывают мысль о том, что у нас ужасная страна, — это черный пиар в отношении Кыргызстана. Недавно была в Вильнюсе, где обсуждалась ситуация в нашей стране, все повторяли слова президента РФ Дмитрия Медведева о том, что парламентаризм для нас — катастрофа. Они могут думать что угодно. Наша задача — воплощать озвученные идеи, достигать своей цели. Когда возвращалась домой, радовалась как ребенок. Вспомнила песню группы “ДДТ”: “Еду я на родину, пусть кричат: “Уродина!”.
Мне кажется, нам необходимо отойти от сознания, что мы негативны. Еще в 2005 году нам отформатировали мышление и дали понять, что мы — “плохиши” на постсоветском пространстве. Но надо понимать причины навязываемого извне форматирования. Мы просто не повторяем чужую модель развития. В этом смысле Кыргызстан — угроза для других стран, поэтому его демонизируют, навязывают клише, дают понять, как у нас все плохо, что ни к чему хорошему избранный нами путь не приведет.
Даже во время предвыборной кампании все спорят, какой политик проамериканский, а какой пророссийский. И никто не задумывается, кто же прокыргызстанский. Поэтому и не продвигаются национальные интересы.
Почему–то когда проводится пиар–кампания, то обязательно надо откозырять в Кремле и там сфотографироваться. Это говорит о том, что наше общество осталось советским, которое действует, оглядываясь на центр. Мы формируем собственный парламент и правительство, но при этом едем в Москву. Снимаю шляпу перед Кремлем, который продвигает такую политику. Но нам–то надо думать о национальных интересах.

Кому Малайзию, а кому Швейцарию подавай

“ВБ”: — Сейчас в Кыргызстане политики ведут себя как в басне Крылова “Лебедь, Рак и Щука”. Каждый тянет одеяло на себя. Но никто не задумывается об общности государства, не проявляет заботу о молодежи, которая предоставлена сама себе…

АКИМОВ: — Всему причина — отсутствие идеологии, а ведь это иммунитет нации. Поэтому одни становятся хизбутчиками, другие — евангелистами. Один хочет построить из нашей страны Малайзию, другой — Швейцарию. Но никто не хочет строить Кыргызстан. У нас острая необходимость в идеологии, пока же кругом разброд и шатания: пляшем то под одну спонсорскую дудку, то под другую. Без идеологии мы будем цепляться за каждого и реагировать на подачки.

ОМУРАЛИЕВ: — Все выступают за сильное государство. Но каковы механизмы достижения цели? У разных политиков они различные. Наши молодые стали нигилистами. Во время июньских событий незаконопослушные аксакалы по улицам бегали. То одного президента прогоняем, то другого. И никакого уважения к закону.
Неужели Тургуналиев полагает, что если он спустит сверху закон, то его будут исполнять? Закон “О титульной нации” должен подкрепляться моральными и этическими нормами. Этого пока у молодежи нет, хотя такого рода принципы в ней нужно воспитывать. Необходимо прививать основы поликультурного общества, толерантности, здравого национал–патриотизма. Пока у нас патриотизм местечковый: ошский, кеминский и так далее. У нас нет субъекта идеологии, который бы основывался на ясной и понятной для всех цели, являлся объединяющим звеном, независимо от национальности и возраста.
Идеология — мощный мобилизирующий инструмент, каковым раньше была генеральная линия партии. Но нам нужна такая цель, при которой бы клановость и регионализм отошли на второй план.

НОГОЙБАЕВА: — По поводу нигилизма молодежи в корне с вами не согласна. Несмотря ни на что, у нее привито чувство патриотизма. Она более свободна, самодостаточна и продвинута. Молодые тоже хотят сделать свой вклад в развитие нашей страны. У меня нет предубеждений насчет нашей молодежи.

ОМУРАЛИЕВ: — У меня тоже нет предубеждений насчет нее. Мой сын, к примеру, 7 апреля вместе со всеми штурмовал “Белый дом”. Он учился в Санкт–Петербурге. Ему казахская фирма предлагала там остаться, предлагали машину, квартиру, а он вернулся, потому что хотел работать у себя на родине. Хотя с его высокотехнологичным образованием здесь работы не нашлось.

АКИМОВ: — В советские времена имелись идеологические центры, отделы Кавказа, Средней Азии. У нас, к сожалению, нет ни одного человека, который отвечал бы за идеологию, понимаете? Что такое идеология? Это мечта, которая на данный момент в нашей стране никак не обрисована. 20 лет у нас была одна идеология — “Хапай!”, а потом “Кетсин!”.
В итоге в Кыргызстане все вдруг осознали: надо провести референдум, а потом парламентские выборы, а там куда кривая вывезет. Должен быть создан идеологический центр, законодательно закрепленный. Пусть это будет министерство печати. У нас была должность госсекретаря, но потом ее упразднили: сначала Дастана Сарыгулова выгнали, а потом и Адахана Мадумарова. Сейчас никто разработкой идеологической концепции не занимается.

Из крайности в пропасть

“ВБ”: — Можно ли на эпосе “Манас” построить идеологию?

ОМУРАЛИЕВ: — Можно. Но надо понимать то время, когда создавался эпос. Наш народ тогда преследовал только одну цель: выжить, он воевал. А сейчас нам не надо ни с кем воевать. Надо поэтапно строить государство. А из эпоса необходимо вытаскивать и популяризировать истины, направленные на созидание. По степени влияния на кыргызов, кроме эпоса, ничего нет.

ТУРУШБЕКОВ: — Хотел бы, чтобы в нашей идеологии было и отражение того, что кыргызское сообщество должно быть открыто, мы ни в коем случае не должны преследовать только одну цель — самосохранение. Поддерживал внедрение парламентской формы правления, потому что благодаря ей наше государство перестанет быть замкнутым. Более того, в ближайшем будущем многие страны ЦА пойдут по такому же пути. Наша идеология еще как таковая не сформировалась, она только выпестовывается.

АКИМОВ: — Согласен, что идеология не рождается в кабинетах. Ее создает народ. Доктрина “Манаса” есть, но его мало кто читал, а соответственно осознал. А популяризировать семь заповедей Манаса не стоило. Он их писал для своей жены Каныкей: как себя вести после его смерти. Он не был праведником, заповеди не оставлял.
Нужно из эпоса “Манас” взять суть идеологии, а потом работать над ней. Манас был собирателем нации, объединителем земель, защитником. Тысячелетиями народ передавал из уст в уста этот эпос. Это было тоже сделано не зря. А мы сейчас бросаемся из крайности в крайность: то государство свое назовем унитарным, то у Украины что–то слямзим, то с казахской Конституции спишем. Таким образом мы ничего не достигнем.

“ВБ”: — И что вы предлагаете сделать?

АКИМОВ: — К власти должны прийти молодые политики с обостренным чувством государственности. Прежняя прослойка политэлиты была номенклатурная, она смотрела на Кремль, подражала ему. К примеру, Турдакун Усубалиев власть не отдавал 24 года, Абсамат Масалиев, если бы не кетменная война, тоже не расстался с ней. Акаев извращался первый и последующие сроки, перекраивал Конституцию, как ему заблагорассудится. Бакиев “отстреливался до последнего”.
Сейчас мы привели женщину, чтобы она сработала как стабилизатор. Если после 7 апреля у руля оказался бы мужчина, мы поубивали друг друга, потому что мужская натура такова. Надеюсь, Роза Отунбаева впоследствии продемонстрирует процедуру мирной передачи власти.
Мы были под уйгурским каганатом, империей Тан, под “белым” царем, но не потеряли чувства национальной идентификации. Но надо ее теперь структурировать, привести в соответствие. Кого убивали в первую очередь при смене власти? Ученых, мулл, оставалась только чернь, которая беспрекословно подчинялась завоевателям.
Когда один китайский полководец покорил территорию Синьцзян, он 12 лет не появлялся в столице у императора, хотя тот трижды посылал за ним, дабы наградить и оказать почести. А когда полководец прибыл, то объяснил, почему все эти годы его не было: “Я вырезал всех ученых, оставил чернь и накрыл ее черным казаном. Теперь она всю жизнь будет смотреть на черное небо и подчиняться тебе. Теперь мое присутствие там необязательно”. Император был поражен.
То же самое было и с кыргызами, когда их завоевывали. Почему не сохранилась письменность? Потому что завоеватели первым делом выбрасывали в реки каменные валуны с надписями, уничтожали культуру. Сейчас многие поднимают вопрос о переходе на латиницу. Ни в коем случае этого делать нельзя. Давайте вспомним, что кыргызы сначала писали на арабском, потом на латинице, а после перешли на кириллицу. Это стирание культуры, огромные пласты канут в Лету и будут навсегда потеряны. Потому что не переведем их вновь на латиницу.

НОГОЙБАЕВА: — Кыргызы, как сказал наш коллега Ишенбай Абдразаков, эпический народ. Если что–то начинает, то в больших масштабах. А надо как немцы: если они начинают строительство дома, например, то обязательно с маленького гвоздика.

Эльвира ТЕМИР, Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (7 октября 2010г)

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: