Skip to content

Чолпон ДЖАКУПОВА: Нашим политикам не хватает мужества

30.10.2010

фто предоставлено "Адилет"

Глава правовой клиники “Адилет” Чолпон ДЖакупова всегда находится в гуще событий. Одним ее высказывания кажутся слишком резкими, зубоскалы называют ее, как и остальных правозащитников, грантоедкой. Но все, кто с ней знаком, признают, что она обладает обостренным чувством справедливости и всегда очень искренна. Критика ее конструктивна, что признавали даже прежние власти, хоть Джакупову откровенно не любили, да и сейчас не очень жалуют. Вот и в интервью “Вечернему Бишкеку” она неожиданно заступилась за ЦИК и рассказала о реалиях правовой системы.

Постоянно сталкиваюсь с последствиями нелегитимности решений ВП

— Насколько правомочно затягивать объявление результатов?
— Я бы избежала таких формулировок, как “затягивание”, потому что они уже оценочны. В соответствии с законодательством нет сроков подведения итогов выборов. Но многие привыкли, что результаты обычно объявляются через два–три дня. На мой взгляд, сама необычность такого длительного рассмотрения свидетельствует, скорее, о попытке честного подведения итогов. Сейчас поступает большое количество жалоб, и члены ЦИК хотят тщательно разобраться с ними. Сам председатель Центризбиркома Акылбек Сариев прекрасно понимает меру ответственности, роль возглавляемого им госоргана и самого избирательного процесса в такой сложный период, когда острота политической борьбы достигла своего апогея. Поэтому он осторожен в выборе выражений и оценке событий. Он идет на беспрецедентные шаги: привлекает к работе ЦИК представителей партий и неправительственного сектора, делает публичным вскрытие сейф–пакетов, чтобы обезопасить себя от обвинений в будущем.

— Раньше ЦИК считали ручным. Но можно ли сказать, что сейчас Акылбек Сариев пытается сделать его более независимым, создать хотя бы основу для этого?
— Соглашусь с вами частично. Нынешняя работа ЦИК — попытка показать, что даже если несколько человек захотят быть честными, то, несмотря на давление со всех сторон, можно оставаться честными. Сейчас вообще самыми важными вещами для установления относительно справедливой системы управления являются даже не знания и профессионализм, а честность и мужество. У нас много людей, которые знают нормы права, но как они его применяют? В нашей стране дефицит мужества.
В нынешних условиях ЦИК приходится особенно тяжело, ведь его члены работают с несовершенным избирательным законодательством. Сариев многократно говорил, что какие–то нормы там вовсе не прописаны, другие вступают в противоречие друг с другом. Кодекс о выборах противоречит принятой Конституции. Но так как у нас не было Жогорку Кенеша, из–за чего невозможно было провести все процедуры для создания нормальной правовой базы, поэтому принято политическое решение не менять столь важный документ мимоходом. Хватит того, что мы походя приняли Конституцию, и новый парламент столкнется с последствиями. Кроме того, внесение изменений в кодекс было бы чревато последствиями в будущем, так как его можно расценить как политическое лобби провластных партий.

— Но уже стоит вопрос о том, насколько работа ЦИК легитимна, как и деятельность других госорганов, выполняющих декреты временного правительства…
— С апреля я столько кричала о незаконности как декретов, так и такой структуры, как временное правительство. Меня никто не может упрекнуть, что молчала. Да, решения ВП нелегитимны. Но тогда для создания правового поля надо возвращать доапрельскую ситуацию… А это тоже тупик. У временного правительства была возможность избежать такого большого количества спорных вопросов, если бы его члены своевременно легитимировались. А пути выхода из правового тупика, созданного очередной революцией, тогда были. Но политики не захотели. Теперь же это, безусловно, как дамоклов меч висит над ними. И любые оппоненты не сегодня, так завтра будут поднимать вопрос о законности действий временного правительства на протяжении полугода. Честное слово, теперь я не вижу выхода из этих правовых коллизий. В апреле и мае еще можно было избежать последствий, но сейчас я вынуждена работать по факту, осознавая, что ситуация тупиковая.
Хотя с последствиями нелегитимности решений ВП мне приходится сталкиваться каждый день при работе с клиентами. У одних отобрали собственность под видом национализации, над другими — сотрудниками спецслужбы “Альфа” — хотят устроить судилище.
И последний инцидент с Камчибеком Ташиевым, который комментирует председатель ГСНБ Кенешбек Душебаев, может быть, станет еще одним случаем, когда рядовых сотрудников сделают крайними. У нас постоянно так получается: подчиненных отстраняют от работы и заводят на них уголовные дела, а с руководителей как с гуся вода. Уверена, нет таких самоубийц, особенно в среде военных, которые бы без приказа начальника решились на какой–нибудь ответственный шаг.

Хватит копошиться в прошлом!

— Прокомментируйте намерение Генпрокуратуры рассмотреть решения Конституционного суда, которые сделали возможным установление “семейно–кланового режима Бакиева”?
— Не хочу возвращаться к доисторическому прошлому, потому что это можно делать бесконечно.

— То есть вы взяли какую–то точку отсчета и работаете без оглядки назад?
— Да. Знаете, у кыргызов есть такая удивительная черта — мы постоянно живем прошлым, как никакой другой народ. Мы древний и талантливый народ с богатой культурой и историей. Но постоянно копошимся в прошлом, ностальгируем, при этом здесь и сейчас живем в ужасных условиях. Мы должны чтить Манаса и орхоно–енисейские надписи, но нормальный человек 80 процентов своего времени посвящает будущему и настоящему и только 20 — прошлому, а мы наоборот. При этом хотим рай на земле.
— Помню, после референдума строчила письма президенту, в Минюст, чтобы там объяснили правовой статус временного правительства, на каком основании оно издает декреты. По существу так и не ответили. Когда юристы Минюста делают ссылки не на нормативно–правовые акты, а на революционную целесообразность, то это уже ни в какие ворота не лезет. Дело не в их некомпетентности, а в отсутствии принципиальности.

Наша трагедия в том, что мы раньше видели партийцев в действии

— Те органы, которые призваны следить за законностью, сейчас втянуты в политику…
— Да, Генпрокуратура — очень политизированный орган, который дает, как правило, неправовые ответы. Но сказать, что ничего не изменилось после свержения, как у нас принято говорить, семейно–кланового и авторитарного режима, значит ничего не сказать. Изменилось… в худшую сторону. Когда у нас начинают кипеть реформаторские и революционные страсти, то всегда вздрагиваю: в результате реформ мы приходим к прямо противоположному результату. Сколько раз в Кыргызстане начинали реформировать судебную систему? Улучшилось только техническое оснащение за счет средств международных организаций. А по существу, она стала хуже, особенно после инициатив Азимбека Бекназарова, в результате которых президент подписала указ об отстранении от должности судей. Он вступает в противоречие с прежней и нынешней Конституцией и с Законом “О введении в действие Конституции”.
Судебная система раньше была коленопреклоненной, сейчас власти ее полностью под себя положили. После того что сделали с судьями, вся система не может демонстрировать независимость, так как люди сидят в страхе. “Следующим буду я”, — думают служители Фемиды. Когда на глазах у всего населения страны гарант Конституции публично ее нарушает, то любой человек подумает: “На каком основании вы требуете от меня законопослушания?”.
Это уже аукается. Временному правительству на выборах сказали: “Нет!” — несмотря на все потуги по назначению своих кадров в течение полугода. Власти накапливали административный и финансовый ресурсы для проведения выборов. Но все равно их выиграли так называемые реваншисты не потому, что их народ любит, а так как хотели проголосовать назло ВП. И это признают многие политологи.
Некоторые эксперты упрекают граждан в том, что они торговали своими голосами: мол, так в стране ничего хорошего не будет. Считаю, несмотря на 29 партий в избирательном списке, у людей выбора–то не было. Одним поставили клеймо реваншистов, другим — революционеров. Но большой разницы между ними не вижу. Задолго до начала предвыборной кампании у избирателей была информация о каждом претенденте на депутатский значок. Мы знали все от сексуальных предпочтений партийцев до источников их финансирования. Наша трагедия была в том, что мы все о них знали, видели в действии их раньше на высоких постах. Во время предвыборной гонки народ брал деньги, потому что понимал: “Какая разница, кто придет? Как власти обманывали и рубили “капусту”, так это и будет продолжаться. Так если выбора нет, то лучше купить мешок сахара на деньги, которые предложили”.
Ведь человеческая психология такова, что если бы люди увидели настоящих лидеров, у которых что–то не получается, но они не думают только о себе и судорожно не назначают своих, то за таких кандидатов в депутаты отдали бы голоса.

Юристы не должны мыслить политическими категориями

— Вы критиковали прежнюю власть, нападаете и на новую. Вас в этом упрекают?
— Постоянно. Хочу сказать, что многие не простили членам временного правительства даже не их ошибок, а то, что они отняли последнюю надежду у народа. К власти пришли почти все мои вчерашние соратники: те, за кого я и мои адвокаты дрались. И при бывшем президенте было страшно за себя и за детей. Но как же мне было стыдно после апрельских событий, потому что любой человек мог остановить меня на улице и сказать: “Ты кого защищала?”.
Теперь политикам не верю, потому что поняла: для них мы только пушечное мясо. Мы, взрослые люди, верим им как наивные дети. А потом разочаровываемся.
Сейчас приходится, наоборот, драться со вчерашними соратниками. Зато среди моих клиентов теперь оказались те люди, против которых так рьяно воевала. И сейчас меня саму называют реваншисткой. Но моя профессия не позволяет мне рассуждать, как обывателю с Ошского базара. Например, бывшему руководителю секретариата президента Оксане Малеваной хотят пришить 97 статью “Убийство”. Видите ли, она была “идеологом становления семейно–кланового бакиевского режима”. Но найдите мне в Уголовном кодексе такую статью. Возьмем ситуацию с моими подзащитными — сотрудниками отряда “Альфа”. Мои адвокаты будут говорить, что нет доказательств убийства. И даже если бы был один труп, как юристам нам пришлось бы стоять все равно на стороне закона. А он гласит, что альфовцы обязаны были в тех условиях применять оружие. Чтобы это перестало быть для них обязанностью, надо переписать закон. Но даже если власти его изменят, то он обратной силы не имеет. Поэтому в отношении альфовцев все равно невозможно применять измененные задним числом нормы.
И вот здесь начинаются эмоции и обвинения! Представьте, что идет процесс во Дворце спорта, на котором присутствует тысяча человек. Адвокат будет говорить так, как предписывает закон, а ему в ответ станут кричать: “Значит, ты хочешь, чтобы они мирных граждан убивали!”. Представляете, что будет с адвокатом, когда он выйдет с этого процесса?
Технология науськивания родственников пострадавших на адвокатов уже апробирована на юге. И теперь, скорее всего, такие методы давления хотят применить во время процесса по событиям 7 апреля. Над подзащитными и адвокатами намереваются устроить судилище и показательное зрелище времен императора Нерона. Представляете, перед какой дилеммой приходится сейчас стоять адвокатам: или отказаться от защиты клиентов и перестать уважать себя, или чувствовать себя плохими родителями, так как по–настоящему страшно за своих детей. Уже после процесса кто–нибудь может просто из мести что–нибудь с ними сотворить. Кроме того, я несу ответственность за всю организацию.

— На форуме на прошлой неделе вы говорили, что правовые механизмы перестали работать…
— В отличие от некоторых не могу выводить толпу на площадь. Но приходится говорить о фактах правового беспредела и на форумах, и на круглых столах, потому что в нашей стране это единственный способ приостановить беспредел в отношении моих клиентов. А не потому, что хочу себя пиарить. Пиар ценой нелюбви власти невыгоден. Страшно, что недостаточно просто зачитывать аргументы с бумаги в зале заседания. Например, для военных выйти на акцию протеста — последний шанс докричаться до разума властей, так как правовыми методами защиты уже не обойтись. Власти боятся только толпы. Тысячу человек на площадь приведешь — значит добьешься своего. Вот такие в Кыргызстане не правовые, но действенные механизмы.

 

Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (27 октября 2010г.)

 

 

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: