Skip to content

Национализация: точка невозврата

27.12.2010

2010–й заканчивается сложной социально–экономической ситуацией. Год ознаменовался резким повышением цен на ГСМ с начала года, влиянием Таможенного союза и закрытием кыргызско–казахской границы. Среди внутренних причин, подкосивших и без того несчастную экономику Кыргызстана, можно выделить политическую нестабильность, снижение покупательной способности населения и неблагоприятный инвестиционный климат в первую очередь из–за шторма национализации. Мингосимущества обзавелось новыми активами, ставшими настолько токсичными, что ядовитые пары будут еще долго отравлять чиновничьи будни. Что принесла стране национализационная кампания?

Передел собственности. Ничего более
Как быстро забываются многие вещи. Год назад можно было ошпариться о журналистские статьи, которые громили семью экс–президента по поводу приватизации “Северэлектро” и “Кыргызтелекома”. Молниеносная продажа крупнейших в стране компаний никого не оставила равнодушным: накал страстей, что справедливо, был негативным. Теперь о скандале с переделом госсобственности забыли, зато с апреля не утихают страсти вокруг декретов о национализации всего, что подвернулось инициаторам под руку. Учитывая, что речь теперь идет не о двух, а о 47 объектах, то и масштаб последствий соответствующий. В 2005 году собственность поделили с меньшим шумом. Но поделили тогда, поделили и сейчас.
Когда говорят, что кто–то ограбил народ, прибрав к рукам крупные предприятия, то на самом деле до граждан нет дела ни тем, кто об этом кричит (так как орет от злости и зависти, что ему компания не досталась), ни тем, кто рулит заводами–фабриками. Подробности о подводных течениях вокруг собственности важно знать тем, кто имеет административный или финансовый ресурс: властям, местным и зарубежным бизнесменам. Именно из новостей и скандалов вокруг компаний складывается мнение об инвестиционном климате в стране.
Но что дает неразбериха вокруг предприятий простому народу? Только чувство неуверенности. Люди могут не знать всех деталей передела собственности, но на душе у них неспокойно, даже если к конкретному предприятию они не имеют отношения. Обыватели склонны обобщать информацию, резюмируя: “Что власти, что бизнесмены… А я как плохо жил, так и живу”. Когда борцы за собственность сливают компромат и обвиняют друг друга в рейдерстве, о народе они думают, как о каком–то бесплатном приложении для достижения собственных интересов. Это и обидно.

Что досталось простым смертным?
Сельская учительница должна понимать, как на ней отразится передел собственности. Толку нет от критики в адрес бывших и нынешних властей, что “они выкачивают деньги из страны, а народ из–за этого голодает”. Мы за руку никого не поймали, а следы можно замести так умело, что правоохранительным органам остается только бездоказательно сыпать политическими заявлениями. Но эта учительница должна знать: чем больше производство, чем меньше приходится предприятиям отстегивать на лапу проверяющим, чиновникам, криминалу, чем проще станут условия для ведения бизнеса, тем больше будет средств в бюджете. Чем больше денег в госказне, тем выше зарплата.
Что еще важно понимать простому смертному, который сам никогда не сможет порулить крупными предприятиями? Чем реже меняется правительство, чем либеральнее законы, тем более привлекательна страна для вложения финансовых ресурсов. С увеличением притока инвестиций растет количество предприятий. Больше компаний — больше рабочих мест. Следовательно, улучшается жизненный уровень населения. Хоть на чуть–чуть. Даже если наши правители, как и их предшественники, начнут хапать не в пропорции: 20 процентов себе, 80 — народу, а наоборот.
Потребителям товаров и услуг нужно знать, улучшится ли сервис в пансионате “Витязь” или снизятся ли цены в пансионате “Солнышко”, которые стали госпредприятиями? А также, что изменилось в аэропорту “Манас” и стали ли вежливее сотрудники “Северэлектро”? И связано ли повышение скорости Интернета с тем, что “Кыргызтелеком” вернули государству? Стал ли лучшего качества и дешевле цемент после национализации 13 процентов акций ОАО “Кантский цементный завод”? Стали ли интереснее “5 канал” и “Пирамида”?
Отдельно можно сказать о тех, кто как–то был связан с национализированными ныне предприятиями. Им важно знать, потеряют ли они работу, снизятся или повысятся их доходы, ждет ли их продвижение по карьерной лестнице. Речь идет не только о сотрудниках компаний, попавших в “черный список”, но и о партнерах, поставщиках.
Что дала национализация, которая призвана была очистить страну от духа Бакиевых? Все ту же неопределенность. Может быть, Бакиевы и лишились своей собственности, но жить фермерам, врачам, строителям и прочему трудовому люду лучше не стало. Во–первых, только начинаются суды по поводу объектов, которые по декретам отошли государству. Во–вторых, из–за неразберихи с собственностью многие предприятия пострадали — сократились производство, штат, зарплата и поступления в бюджет, за счет которого живет все та же сельская учительница. Например, в АУБ работали примерно 1800 человек, на время процесса банкротства банка останется около 100. О тысячах клиентов можно даже не говорить. И так понятно, что им несладко. АУБ — самый показательный пример последствий национализации. На остальных объектах не все так запущенно, но заметных улучшений тоже не видать.

Под прессом декретов
Многие компании, попавшие под пресс национализации, ждет все та же неопределенность: этот год пережили на старых запасах, а что в следующем?
2011 год предприятия встретят с правовыми и организационными проблемами. Если какая–то из компаний брала кредит, то у кредиторов уже стоят вопросы по залогу и возврату средств. Если предприятию нужен кредит, то не факт, что какой–нибудь банк рискнет связываться с заемщиком, который принесет одну головную боль. Например, кыргызские банки уже отказывали ОАО “ТНК “Дастан” в выдаче кредита, из–за чего завод столкнулся с проблемами.
Выбор новых органов управления и сопротивление старого менеджмента, неприятие назначенных кандидатур со стороны коллектива еще перекинутся с 2010–го на 2011–й.
Что уж говорить об уголовных делах и судебных исках, связанных с предприятиями, которые указаны в 42 декретах временного правительства. ВП уже нет, а юридические разбирательства остались. Например, в настоящее время в судах находится 9 заявлений, связанных с признанием декретов о национализации недействительными. Параллельно идут судебные слушания относительно исков другого плана, но связанных с национализированными объектами. И сколько вся эта правовая неразбериха будет продолжаться, непонятно. А это вносит неопределенность, так как можно потерять партнеров, клиентов, квалифицированные кадры.
Интересно, какие дивиденды принесут национализированные объекты по итогам 2010 года? Именно это и станет оценкой работы временного правительства, его декретов и деятельности Азимбека Бекназарова, лоббировавшего национализацию, все–таки 9 месяцев ВП стояло у руля Кыргызстана.
В предыдущие годы Мингосимущества собирало меньше полумиллиарда сомов в виде дивидендов с госсобственности, для государства это совсем незначительные средства. Для чего только существовало целое министерство, непонятно, если многие предприятия все равно параллельно сдавали отчеты в другие ведомства. А человека, который, по сути, является завхозом, у нас до сих пор называют министром государственного имущества. Активов в Мингосимущества прибавилось, насколько эффективно будет управлять большим хозяйством назначенец — бывший руководитель банка “Кыргызстан” Нурдин Илебаев, посмотрим. Все–таки проблемные компании, втянутые в скандалы и чиновничью бюрократию, сильно отличаются от стабильно работающего банка.
Под прессом декретов оказались не только предприятия, но и земельные участки, автомашины и даже яхта. Насколько эффективно будут использованы земельные участки и кому они в конечном счете достанутся?

Имущественный треугольник
Но самое забавное, что совсем недавно появилось сообщение, что наконец–то у нас сядут за разработку законопроекта о национализации. Когда он все же появится и все документы надо будет приводить в соответствие с законом, то государство ждет очередная волна споров с собственниками. Пока же оно руководствуется декретами и статьей Конституции, разрешающей в определенных случаях национализировать предприятия. Конечно, если они имеют стратегическое значение и важны для национальной безопасности.
Отдельно взятые коттеджи на Иссык–Куле, пансионаты и особенно автомашины и яхта… Какой урон нацбезопасности они могли нанести и почему наличие этой собственности в копилке государства было настолько принципиальным? На этот вопрос так никто и не ответил. Об иномарках и яхте говорили вкупе с остальной собственностью, которая принадлежала Максиму Бакиеву и его окружению. Мол, они у народа воровали, надо имущество вернуть государству. Раз у народа кто–то воровал, то почему же то, что вернули, нужно передавать государству? И тем более управделами президента? Почему, если у меня какой–нибудь Вася украл сотовый телефон, то его должны потом отдать тете Вале? Остается такие объекты как можно быстрее продать и демонстративно положить деньги в бюджет на повышение зарплаты все той же сельской учительнице.
В общем, правовые споры, связанные с нацимуществом, Тигр оставляет незаконченными, передавая эстафету Кролику.

Я свободен!
Ситуация с двухдневным назначением нового директора “5 канала” со стороны Мингосимущества очень показательна. Коллектив телеканала отвоевал своего директора Евгению Бердникову, саботировав работу, раструбив о нарушениях среди коллег и правозащитных организаций и достучавшись до руководства страны. И было в этом протесте против беспардонного давления Мингосимущества нечто особенное, что отличалось от ситуации в нескольких других компаниях, где работников используют разные группы интересов. Никакие политические силы за этой акцией в защиту своего директора не стояли, никто журналистов не подталкивал и не давил на них. Сотрудники “5 канала” просто проявили гражданскую позицию и начали добиваться своих прав.
Вывод здесь один: коллектив (читай — народ) желает сам выбирать себе руководителей и уже не терпит наглого давления сверху. Именно такие акции наглядно демонстрируют, что человек хочет быть свободным в выборе. И не стоит рассматривать национализированные объекты как нечто аморфное и якобы принадлежавшее бывшему президенту. Каждый декрет затрагивает живых людей, влияет на их судьбы, формирует армию недовольных. Причем не среди беглых олигархов, а среди простых кыргызстанцев. Ведь любую компанию создают и развивают не просто деньги, административный ресурс или какие–то документы, а люди.

Куда ни кинь — везде клин
47 объектов государство пожелало подмять под себя, чтобы часть из них продать. Как обещают в Мингосимущества, торги должны начаться уже в 2011–м. Мотивируют тем, что государство все равно не сможет столько имущества содержать, признавая, что частные менеджеры лучше работают, чем чиновники. Но при этом именно госслужащим ушедшее в отставку техническое правительство поручило разработать программу развития национализированных объектов. Технического кабмина уже нет, а вот постановления и приказы остались. И если вмиг отменить декреты, можно ли вернуть все на круги своя? И пойти по пути цивилизованных имущественных споров? Несмотря на то, что на политической арене знакомые лица, вернуть все на доапрельские места новое руководство страны вряд ли решится. Понятно, что тогда не оправдаются главные причины смены власти в апреле.
Как говорят эксперты, национализация может себя оправдать в одном случае: если она пройдет по грузинскому варианту. Помнится, как в интервью один из тамошних главных реформаторов Каха Бендукидзе рассказывал, какое давление он испытывал во время проведения открытых конкурсов по продаже госсобственности. Его главным условием была открытость: кто дороже покупает и больше вкладывает, тот и новый владелец. А это очень мешало тем, кто привык на откатах выигрывать тендеры. Акция по приватизации, в том числе стратегических объектов, была настолько беспрецедентна, что даже энергохолдингам РФ не помешал российско–грузинский кризис из–за Южной Осетии в 2008 году. После масштабной приватизации в бывшей союзной республике появились серьезные иностранные инвесторы. В итоге приток средств от продажи имущества превысил годовой бюджет Грузии.
Хватит ли политической воли устроить такую акцию в Кыргызстане? Даже если и хватит, то объекты надо очистить от правовых споров, что не так–то просто. Ведь с какого боку к этому вопросу ни подходи, все упирается в декреты.

Дина МАСЛОВА, газета «Вечерний Бишкек» (25 декабря 2010).
Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: