Skip to content

Сабырбек МОЛДОКУЛОВ: Итог госаудита — нарушения на 14 миллиардов сомов

17.02.2011

В беседе с и.о. председателя Счетной палаты КР Сабырбеком МОЛДОКУЛОВЫМ потрясло несколько вещей: масштабы нерационального использования бюджетных средств и неизменность закостеневшей системы государственного менеджмента.

Статистика государственной неэффективности

— Руководство проверяемых Счетной палатой организаций периодически разражается опровержениями. С чем это связано?
— Бывает, что они не согласны с результатами аудита. Но, поверьте, мы проводим тщательный анализ предъявляемых претензий, и на заседании совета руководители аудируемых организаций могут высказать свои возражения. Иногда возникают недоразумения относительно периода аудита, особенно при опубликовании данных в прессе. Например, когда мы говорим, что в 2010 году выявлено различных финансовых нарушений на 4,5 млрд. сомов, это не значит, что они произошли именно в 2010 году. В прошлом году проводился аудит бюджетных организаций и госкомпаний за 2008–й и 2009 годы.

— Значит ли, что 4,5 миллиарда сомов можно как–то указать в доходах бюджета на 2011 год?
— Нет, автоматически делать этого нельзя. Деньги, как говорится, уже “ушли”, они израсходованы. Скажем, куплено дорогостоящее оборудование, которое уже за эту цену не продашь. А вообще статистика последних лет показывает, что восстанавливается примерно 10 — 12 % от суммы финансовых нарушений. В течение 2010 года нами восстановлено в бюджет, на счета предприятий, в Соцфонд более 900 млн.сомов, т.е. 20%. И процесс этот будет продолжаться, правоохранительным органам передано 333 дела на 2,9 млрд.сомов.

— С чем связан 10–кратный рост выявленных нарушений? В 2009–м выявленных финансовых нарушений меньше — примерно полмиллиарда сомов.
— Дело не в том, что нарушений за год стало больше. Главная причина, я считаю, в том, что никто не вмешивался в нашу работу, ни парламент, которого не было, ни временное правительство, ни президент. Практически тем же составом инспекторов, при том же количестве аудитов мы выявили больше нарушений и резервов, потому что они имели место быть. Оставалось только показать их.

— Не секрет, что государственные средства расходуются неэффективно. Вы это как–то фиксируете?
— По утвержденной инструкции инспекторы классифицируют выявленные нарушения. Если это хищения и недостачи, то они подлежат безусловному восстановлению. Но многие заключения связаны именно с неэффективным использованием государственных средств. Например, сверхнормативные расходы товарно–материальных ценностей, средства, израсходованные на определенные мероприятия, без достижения планируемых целей, нерационально использованные средства. Более того, нами анализируются и причины такой неэффективности. Например, есть такие показатели, как противоречия в законодательстве, несоответствие нормативных документов объектов аудита действующим законам, принятие решений правительства в нарушение действующего законодательства.

Граблеуправление

— Счетную палату наравне с финполом называют политической дубинкой: как только руководитель становится неугодным, в его организацию посылают аудиторов. Итоги ваших проверок часто оспаривают?
— Дубинкой, тем более действующей избирательно, назвать нельзя. Во всяком случае в моей практике такого не было. Мы работали по утвержденному плану. На текущий год также утвердили свой план и будем по нему работать. В соответствии с Законом “О Счетной палате КР” в план работы включаются поручения президента, Жогорку Кенеша, а также запросы правительства. Кстати, на сегодняшний день ни один из этих органов своих предложений или поручений не дал, за что я им благодарен.
Относительно второй части вопроса должен сказать, что возражения по нашим актам бывают. Как правило, из–за небрежности руководителей организаций. В ходе аудита они не уделяют ему должного внимания, не представляют своевременно необходимые, подтверждающие документы, а потом, когда нависает угроза наказания, начинают находить и время, и документы.
Но бывают возражения и принципиального характера. В таком случае мы стараемся объективно разобраться. Сейчас, например, создали целую комиссию по возражениям ОАО “Кыргызтелеком”. По завершении работы комиссии вместе с работниками ОАО еще раз рассмотрим наш акт. Не исключаю, что разногласия появились из–за различного толкования нормативно–правовых документов. В любом случае объективно разберемся.

— В госорганах странная логика: выделенные на год средства должны быть использованы полностью, чтобы на следующий год в бюджет меньше денег не заложили. В итоге под конец года начинаются какие–то ненужные траты. С точки зрения работы коммерческой организации это кажется просто ненормальным.
— Да, такая практика есть. И это связано с несвоевременным финансированием. Минфин, бывает, задерживает выделение средств, а потом большим объемом деньги перечисляет. И ведомства стараются про запас на случай повторных задержек купить канцтовары, оргтехнику и так далее.
Также влияет неправильное планирование. Например, при проверке “Кыргызаэронавигации”, годовой бюджет которой 82 миллиона сомов, выяснилось, что 5 миллионов в 2009–м было израсходовано на покупку коттеджей на Иссык–Куле. Но в проекте бюджета на 2011–й не глядя опять заложили 82 миллиона. Наверняка дома на лазурном побережье им никто больше не позволит покупать. Каждую статью бюджета надо обосновывать, своевременно финансировать, а потом контролировать.

— Как такое маленькое государство может себе позволить 14 миллиардов сомов использовать неэффективно? При этом расходы бюджета на госуправление только растут. Как вообще бороться с таким количеством нарушений?
— В первую очередь с помощью совершенствования правовой базы. Деятельность руководителей организаций надо делать более независимой, но при этом ужесточить ответственность. Многие нарушения в бюджетных учреждениях имеют место быть из–за жесткой классификации статей, несвоевременного финансирования, когда руководители вынуждены “перекидывать” деньги из одной статьи в другую. Например, можно позволить самому министру решать использовать деньги на покупку оргтехники, сократив расходы на командировки. Если из бюджета какому–нибудь ведомству выделяются миллионы, как бы доверяются огромные деньги, то почему нельзя позволить принимать решения в более мелких вопросах? Если бы такой жесткой регламентации по расходованию средств не было, то количество нарушений сократилось.
Надо бороться с низкой финансовой и правовой культурой руководства бюджетных учреждений. Но проблема заключается также в частой смене министров и директоров. Их больше интересует, чтобы в финансах все было чисто до их прихода, чтобы потом нарушения на них не повесили. Но никто не анализирует традиционные ошибки при расходовании средств. Когда же они вникают в ситуацию, человек уже лишается должности. Поэтому нарушения повторяются из года в год, и мы наступаем на пресловутые грабли вновь и вновь.

Зри в корень: там всегда окажутся деньги

— Вы сами выступаете инициатором проведения аудита?
— С одной стороны, у нас есть план проверок, в который уже закладывается наша инициатива, основанная на анализе. С другой — мы обязаны исполнять постановления правоохранительных органов, которые предписывают Счетной палате провести аудит. На долю исполнения таких предписаний приходится 16 процентов проверок, и их доля в прошлом году значительно возросла.

— Если сравнить бюджетные организации и компании с госучастием, то различаются ли в них нарушения?
— Нарушения есть практически везде, независимо от сферы деятельности, размеров организации, формы собственности. Иногда в маленьком учреждении умудряются собрать такой букет нарушений, что диву даешься, почему все вокруг этого не замечали. Но наиболее крупные нарушения и резервы, конечно, в определенных секторах — госматрезервы, дорожное строительство, строительство вообще, транспорт, энергетика и так далее. Больным местом и для бюджетников, и для госпредприятий являются госзакупки, здесь стараются, как говорится, навариться все.

— В любом случае в компаниях, даже с государственной долей участия, иные подходы в управлении, чем в министерствах. Они же все–таки должны деньги зарабатывать. Неужели к ним применяются такие же жесткие нормативы?
— Мы понимаем, что компания должна зарабатывать, в том числе и для государства. Но что происходит на самом деле? Там все–таки иной подход при аудите. Речь идет о дивидендной политике. Например, в ОАО “Международный аэропорт “Манас” выявлено 1,6 миллиарда сомов нераспределенной прибыли, которая копилась там годами. Совет директоров, куда входит представитель от Мингосимущества, и не думал об интересах государства. Законом предусматривается, что в виде дивидендов ОАО должно выплачивать не менее 25 процентов прибыли. Именно эта сумма в бюджет и перечислялась. О том, что бюджет испытывает неимоверные трудности, никто и не думал. Даже в прошлом, тяжелейшем для страны году пришлось с трудом, путем неоднократных напоминаний, через правительство увеличить отчисления на дивиденды. При этом там резервный фонд в 10 раз больше, чем это предусмотрено по уставу. Планировалось ли эти средства куда–то инвестировать или использовать иными способами? Мингосимущества как собственник недостаточно бдительно относилось к защите интересов государства. Ну или ему это в свое время даже не позволили сделать. Почему деньгами госкомпании распоряжается менеджмент по своему усмотрению? В прошлом году мы настояли на том, чтобы 50 процентов от прибыли “Манаса” было перечислено в бюджет в виде дивидендов, а это дополнительно 172 миллиона сомов.

Счеты и расчеты

— Но ведь не секрет, что работа самой Счетной палаты несовершенна: государственный аудит отстает от международных стандартов, а высококлассные специалисты к вам и не пойдут работать.
— Пробелов, конечно, много. Но зарубежные коллеги помогают совершенствовать работу. Благодаря совместному проекту с Турецким счетным судом удалось оптимизировать итоговый отчет, сократив его в три раза — до 60–70 страниц, убрав техническую информацию, необходимую только специалистам Счетной палаты. Собираемся систематизировать планирование, чтобы проверки не были хаотичными. Считаю, что нужно осуществлять аудит на основе анализа рисков, чтобы уйма времени не уходила, условно говоря, на проверку школ в селах. Лучше больше усилий направить на аудит организаций, где больше и чаще могут встречаться системные нарушения. Этот проект также будет реализовываться при содействии турецких коллег. Есть еще интересный совместный проект с Всемирным банком, в рамках которого мы изучаем опыт Счетной палаты Латвии, где используется вообще иной подход при аудите. Там за каждым ведомством закреплен инспектор, который сидит в самом ведомстве.
По аналогии мы заключили соглашения о сотрудничестве с двумя ведомствами — Минэкономрегулирования и Министерством по делам молодежи в целях профилактики финансовых нарушений и более эффективного использования бюджетных средств.
Относительно заработной платы надо отметить, что она в госструктурах на порядок ниже, чем в частном секторе, в том числе в аудите. И работает госсектор во многом на энтузиазме и патриотизме. Но сколько можно на этом продержаться — большой вопрос. Это, думаю, тема отдельного разговора.

Дина МАСЛОВА.
Фото предоставлено Счетной палатой.
Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: