Skip to content

Некоторые кыргызские роды и их наиболее известные представители.

20.03.2011

ИЧКИЛИК

Курманбек БАКИЕВ, президент Кыргызстана; Молдомуса КОНГАНТИЕВ, глава МВД; Эльмурза САТЫВАЛДИЕВ, государственный советник по обороне, безопасности и правопорядку при президенте КР; Бакытбек КАЛЫЕВ (?), министр обороны; Таджикан КАЛИМБЕТОВА, вице-премьер; Адахан МАДУМАРОВ, экс-глава Совета безопасности; Нур уулу ДОСБОЛ, экс-госсекретарь; Абдыганы ЭРКЕБАЕВ, экс-спикер законодательного собрания парламента; Исхак МАСАЛИЕВ, депутат парламента; Абсамат МАСАЛИЕВ, первый секретарь ЦК Компартии Киргизской ССР (1985-1991 гг.); Исхак РАЗЗАКОВ, председатель правительства и 1-й секретарь ЦК КП Киргизии (1945-1961 гг.).

АДЫГЕНЕ

Исмаил ИСАКОВ, экс-министр обороны; Ахматбек КЕЛЬДИБЕКОВ, председатель Государственной налоговой службы; Марат СУЛТАНОВ, министр финансов; Камчибек ТАШИЕВ, экс-глава МЧС; Осмонакун ИБРАИМОВ, экс-госсекретарь КР; Марат КАИПОВ, экс-министр юстиции.

САРУУ

Эднан КАРАБАЕВ, экс-глава МИДа; Азимбек БЕКНАЗАРОВ, экс-генпрокурор; Топчубек ТУРГУНАЛИЕВ, правозащитник; Роза ОТУНБАЕВА, депутат парламента; Юруслан ТОЙЧУБЕКОВ, директор Центра стандартизации и метрологии при Минэкономрегулирования КР; Омурбек БАБАНОВ, экс-первый вице-премьер.

САРЫБАГЫШ

Аскар АКАЕВ, экс-президент КР; Болот ДЖАНУЗАКОВ, экс-секретарь Совбеза; Кенешбек ДЮШЕБАЕВ, экс-глава МВД; Темирбек АКМАТАЛИЕВ, экс-глава МВД; Анарбек БАКАЕВ, министр нацбезопасности (1991-1996 гг.); Турдакун УСУБАЛИЕВ, 1-й секретарь ЦК КП Киргизской ССР (1961-1985 гг.); Акылбек ЖАПАРОВ, первый вице-премьер-министр; клан САЛЫМБЕКОВЫХ (?); Чолпон БАЕКОВА, вице-спикер парламента, экс-председатель Конституционного суда; Калык ИМАНКУЛОВ (?), экс-председатель СНБ; Аликбек ДЖЕКШЕНКУЛОВ (?), экс-глава МИДа; Ишенбай КАДЫРБЕКОВ (?), экс-глава Госстроя при правительстве КР.

КУШЧУ

Майрам АКАЕВА, супруга экс-президента КР; клан НАНАЕВЫХ; клан САРЫГУЛОВЫХ; Данияр УСЕНОВ, премьер-министр КР; Бакирдин СУБАНБЕКОВ, экс-глава МВД; Аманбек КАРЫПКУЛОВ, руководитель администрации президента (2001-2002 гг.); Искендербек АЙДАРАЛИЕВ, министр сельского хозяйства КР.

МУНДУЗ

Омурбек ТЕКЕБАЕВ, лидер оппозиционной партии «Ата-Мекен»; Дооронбек САДЫРБАЕВ (?), депутат парламента (1995-2007 г.г.).

КАЛМАК

Феликс КУЛОВ (?), экс-премьер-министр; Апас ДЖУМАГУЛОВ (?), экс-премьер-министр.

МОНОЛДОР

Мурат СУТАЛИНОВ (?), председатель Государственной службы национальной безопасности КР; Мелис ЭШИМКАНОВ (?), экс-гендиректор НТРК.

СОЛТО

Темир САРИЕВ, экс-кандидат в президенты КР; Медеткан ШЕРИМКУЛОВ (?), экс-спикер парламента, посол в Иране; Мисир АШИРКУЛОВ (?), экс-руководитель администрации президента КР.


САЯК

Токтогул САТЫЛГАНОВ, акын, поэт, мыслитель; ТОГОЛОК МОЛДО, акын, поэт, просветитель; Бюбюсара БЕЙШЕНАЛИЕВА, выдающаяся балерина; Касым ТЫНЫСТАНОВ, выдающийся ученый; Ташкул КЕРЕКСИЗОВ, экс-депутат парламента; Зайнидин КУРМАНОВ, спикер парламента; Нурлан МОТУЕВ, экс-кандидат в президенты КР.

БУГУ

Муратбек ИМАНАЛИЕВ, экс-глава МИДа; Ишенбай АБДУРАЗАКОВ, экс-госсекретарь КР; Иса АХУНБАЕВ, выдающийся хирург; Жумагул СААДАНБЕКОВ, экс-губернатор Иссык-Кульской области; Султан УРМАНАЕВ, экс-губернатор Джалал-Абадской области; Сулайман ИМАНКУЛОВ, экс-глава Центризбиркома.


КЫТАЙ

Чингиз АЙТМАТОВ (?), выдающийся писатель; Алмазбек АТАМБАЕВ (?), экс-премьер министр; Женишбек НАЗАРАЛИЕВ (?), врач-нарколог; генерал Омурбек СУВАНАЛИЕВ; Нариман ТЮЛЕЕВ (?), мэр г. Бишкека.

ЧЕРИК

Накен КАСИЕВ (?), экс-госсекретарь КР; Абдылда МУСАЕВ, министр образования и науки КР.

 

РЕАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА В КЫРГЫЗСТАНЕ: ВСЁ РЕШАЮТ СОРОДИЧИ…

 

04.02.2010 г.
В кыргызской атмосфере явно попахивает очередной бузой. Причин (и поводов) для нее предостаточно — головокружительный взлет тарифов на тепло и электричество, загадочное убийство известного оппозиционного журналиста и посадка в тюрьму не менее известного оппозиционного политика… Складывается, однако, впечатление, что политическая борьба теперь перемещается на некое иное поле… Что сегодня как никогда она идет не между властью и политической оппозицией (практически выдохшейся), не между партиями и движениями (о себе практически не заявляющими), а… между кланами и родами.

На, так сказать, официальном политическом поле — полная чехарда. Вчерашние ярые оппозиционеры плавненько встроились во власть. Вчерашние госчиновники революционного призыва, напротив, один за другим оказываются в опале, — а то и в тюрьме. Напрочь смазались политологические схемы «противостояния севера и юга», друг другу теперь противостоят и выходцы из одного региона. При этом чисто политические претензии всё больше приобретают историческую окраску — в оппозиционных кыргызоязычных СМИ президента К. Бакиева сплошь и рядом обвиняют в восстановлении ханства, и не какого-нибудь, а Кокандского. Публикуются призывы к молодым землякам опального генерала Исмаила Исакова, ныне живущим и работающим в России, вернуться на родину и встать на защиту «славного сына алайского народа». Собственно, и акции протеста с требованием освободить экс-министра обороны прошли в основном лишь на его малой родине. По давно апробированному сценарию: перекрытие дорог, юрты, канистры с бензином, обещанный пеший поход на Бишкек — и всё с участием лишь сородичей.
Всё это — на фоне появляющейся информации о том, что то один, то другой род провел свой съезд. О чем-то договариваются…
Человеку, даже всю жизнь прожившему в Кыргызстане, трудно порой разобраться в хитросплетениях кыргызской политики — особенно в тех тонкостях, корни которых надо искать в глубокой  древности. Эксперт, согласившийся  просветить нас в этом вопросе, попросил не называть его имя: как представитель титульной нации, он, по его словам, тоже не вполне свободен от древних правил родоплеменных отношений.

 

— Сколько всего существует кыргызских родов? Кстати, как правильнее говорить — «родов» или «племен»?
— Лучше «родов» — слово «уруу» переводится на русский язык именно так. Всего родов — порядка сорока. Исторически они делятся на так называемые правое крыло, левое крыло и группу ичкилик.
— Все роды — равнозначные? Или есть более многочисленные и влиятельные?
—  Да, есть более влиятельные. Это — сарыбагыш, бугу, солто, саруу, кушчу, мундуз, саяк, адыгене. Представители  последнего, называющие себя, кстати, потомками Курманджан датки, входят вместе с мундуз и рядом других южных родов в группу Отуз уул («Тридцать сыновей»).
— Между всеми племенами идет соперничество, а то и борьба?
— Практически да. И в этом-то вся проблема! Даже в чередовании руководителей Кыргызстана прослеживается логика такого противостояния. В послевоенные годы республику возглавил  ичкилик Исхак Раззаков. Его на посту первого секретаря ЦК Компартии Киргизской ССР (причем почти на четверть века) сменил сарыбагыш Турдакун Усубалиев. После него руководить республикой был назначен ичкилик Абсамат Масалиев. То, что первым президентом Кыргызстана стал сарыбагыш Аскар Акаев, можно, думаю, тоже отчасти считать продолжением московской кадровой политики — в свете появившихся позже публикаций о том, какую роль в этом сыграл КГБ СССР. Ну а приход к власти ичкилика Курманбека Бакиева — это уже, можно сказать, исторический реванш.
Соперничество с древних времен шло, например, и между сарыбагышами (доминировавшими на севере страны) и бугу — хотя оба рода северные и относятся к одному крылу. И это соперничество — главная болезнь кыргызов, причина того, что так, по большому счету, нация и не сложилась. Кыргызы до сих пор, встречаясь, спрашивают друг друга: «Ты откуда?». Когда выясняется, с севера или юга, следует уточнение: «Ты кто?» — имеется в виду род.  Самоидентификация идет прежде всего по этому признаку. От него и «пляшут», решая, как к кому относиться.
— Какое же деление важнее — по регионам-областям или по родам-племенам?
— Деление «юг-север» — очень условное. На самом деле представители одного и того же рода могут компактно проживать в разных регионах. Взять, например, саруу: одна (большая) часть живет в Таласской области, другая  — в Джалал-Абадской области. Так же и род мундуз — его поселения есть и в Ошской, и в Чуйской областях. Многие племена оказались разбросаны по разным областям в силу разных исторических обстоятельств.
А вот очень интересный род — черик. Он в основном  компактно проживает в приграничном Ат-Башинском районе Нарынской области. А также — по ту сторону границы, в Китае. Большинство  китайских кыргызов — из рода черик. В свое время, чтобы не допустить смычки чериков и их как-то разбавить, царские власти переселили туда часть сарыбагышей.
— Почему даже в 21 веке так сильны родоплеменные отношения?
— Как бы объяснить… Эти отношения являются структурообразующими для кыргызского этноса. Они — словно материнская плата, матрица. Есть семья — маленькая ячейка общества. И есть род — такая же, но большая ячейка, своего рода община. В сущности, родоплеменные отношения сохранили кыргызов как этнос. Но они же — и в этом исторический парадокс — не позволили сложиться кыргызской нации. Стали тормозом в развитии. Путь, который другие нации прошли за последние 300 лет, нам ещё предстоит пройти. А советская система не искоренила, а лишь законсервировала эти отношения. Они очень даже хорошо на неё наложились: советская психология тоже ведь по своей сути была общинной. Так и жили: сверху — советская (по сути европейская) система управления, а внутри — родные азиатские отношения. Да, был партийный контроль, афишировать свою принадлежность к родам боялись. Но на местах, в глубинке председатель колхоза ставил на ключевые посты — замами, зоотехниками, бригадирами, — своих сородичей. А когда рухнул СССР — а вместе с ним и эта, искусственно навязанная европейская схема, — все эти родоплеменные отношения вылезли наружу. Потому что они — выгодны. Когда делаешь бизнес, опереться можешь только на «своих», повязанных  между собой круговой порукой. Случается беда — тоже надежда только на сородичей. Что сейчас и происходит с генералом Исаковым.
— Насколько сильна внутриродовая дисциплина?
— Очень сильна! Человек, ее нарушивший, автоматически становится изгоем. Его не принимает никто и нигде. В сущности, именно эта дисциплина сплачивала людей во время всех массовых выступлений последних десятилетий — будь то ошские события 1990 года или мартовские события 2005-го… В защиту Азимбека Бекназарова в Аксыйском районе поднимались ведь его соплеменники из рода саруу. И на первые митинги в защиту Феликса Кулова вышли соплеменники его жены. Тоже, кстати, саруу — но таласские. Им нужно было знамя — в противодействии с родом кушчу, тогда возглавляемым Майрам Акаевой. Противостояние до чего дошло — даже муллы у обоих родов были разные в одном селе! Саруу — род более многочисленный, но кушчу были в то время более влиятельными — благодаря М. Акаевой.
— А вот в политических партиях, движениях и объединениях Кыргызстана такой дисциплины не наблюдается. Их организаторы то сходятся, то разбегаются, постоянно перебегают из одного лагеря в другой — то из оппозиции во власть, то наоборот…
— Эти образования неустойчивы потому, что они искусственные. Их пытаются построить по европейской модели, которая на кыргызской почве не приживается. С другой стороны, костяк даже самых живучих партий составляли родственники и сородичи их лидеров. Потому-то наши политпартии практически не несут никакой идеологической нагрузки.
— Чем чревато нарушение внутриродовой дисциплины?
— Не знаю, кто решится ее нарушить! Такой человек оказывается под мощнейшим прессингом со стороны сородичей, ему грозит полная изоляция. Человеку с европейским менталитетом этого не понять…
— И этим правилам подчиняется любой кыргыз?
— Как сказать… Если говорить о рядовых гражданах, то в быту в эти отношения больше вовлечены сельские жители — сам образ их жизни заставляет постоянно общаться с сородичами, участвовать в жизни общины. Городского жителя, в принципе, эти правила могут мало касаться…  До тех пор, пока он не начинает приобретать политический вес или финансовый капитал. Вот тут-то и начинаются попытки «упаковать» его в систему, заставить играть по правилам общины.
— Почему же этим правилам вынужден подчиняться даже человек, поживший, скажем, за рубежом, поработавший там, получивший образование?
— Понимаете,  жить-то кыргызам всё равно здесь, на родине. Даже образование мы, гласят эти правила, получаем для того, чтобы поднимать свой род. Тогда и род поднимет тебя. Это — условие выживания в маленькой республике, где ресурсов мало, а нация не сложилась.
— Бытует, к слову, и такая версия посадки генерала Исакова: власти не удалось с ним договориться ещё и потому, что эта самая внутриродовая дисциплина (которая построже любой партийной будет) ему пойти на сговор не позволила. Насколько это может быть правдой?
— Думаю, это — наиболее адекватная версия.
— Любой политик — даже с президентскими амбициями — в первую очередь делает ставку на своих сородичей, ведь верно? Но ведь вся страна его не поддержит, на что же он рассчитывает?
— На альянс — с другими родами. Правда, единомышленники, как правило, оказываются временными, ведь у них — свои амбиции. И если от политика отшатнутся вчерашние союзники, рассчитывать он может, опять же, лишь на своих сородичей. Ведь интерес здесь обоюдный: не секрет, что в случае взлета лидера и сородичи занимают хорошие места. Упадет лидер — и вся эта пирамида обрушится.

РЕАЛЬНАЯ КЫРГЫЗСКАЯ ПОЛИТИКА: ЧТОБЫ ИДТИ ВПЕРЕД, НАДО… ВЕРНУТЬСЯ НАЗАД?!

 

11.02.2010 г.
Так  считают  сторонники ЛЕГАЛИЗАЦИИ  родоплеменных отношений  в  Кыргызстане.

 

Первая наша публикация новой рубрики «Реальная политика» реакцию вызвала более чем бурную. Свои мнения нам предлагают как рядовые граждане, так и ученые. Одним из первых откликнулся Азамат БОРОНЧИЕВ — преподаватель кафедры конституционного права юридического института Кыргызского национального университета им. Ж. Баласагына. Кому-то его позиция покажется спорной. Но… Мы ведь говорим о РЕАЛЬНОЙ политике. И о РЕАЛЬНЫХ настроениях в обществе, включая научную среду.

 

— Вы подняли эту тему как нельзя своевременно, — так начал разговор  наш собеседник, — это действительно реальная политика! Чем дальше, тем больше кыргызская политика будет вестись именно на этом уровне. Вот, например, я — человек городской, в молодости эту родоплеменную тему, честно говоря, просто ненавидел. А теперь считаю её в вопросах нашего государственного устройства ключевой.
— Даже так? Почему?
— Кыргызстан, считаю, зашел в правовой тупик. Все справедливые, законные методы борьбы за власть исчерпаны. На политические партии, движения народ уже не ориентируется. Разве не так? Назовите хоть одну реально влиятельную партию…
— Не назову… Хотя нет — «Хизб-ут Тахрир». Есть программа, есть идея (плохая или хорошая — другой вопрос), есть масса сторонников…
— Да-да! И ничего не боятся, последовательно двигаются к своей цели. Светской же оппозиции, по сути, больше не существует. Вообще, главная черта кыргызских политиков — это не оппозиционность, а приспособленчество, оппортунизм. Оппозиционерами политики у нас становятся, когда их выкидывают из власти. Тогда они быстренько меняют идеи — и несут их в массы, как до этого несли совсем другие идеи. Возьмем конституцию. Предстоящее её реформирование, по моим подсчетам, уже девятое. За неполные 19 лет независимости Кыргызстана! Конституцию, получается, мы изменяем и дополняем в среднем каждые два года. Это тоже признак правового тупика. А из тупика, как известно, есть только один выход. Назад.
— Кажется, догадываюсь, куда именно. К родам?
— Да. Но это возвращение к корням, к истокам должно происходить совсем не так, как сейчас. Недавно я узнал, что в школах — причем в младших классах — учителя требуют, чтобы дети знали свою родословную до седьмого колена. И не только в кыргызских школах, но и в русскоязычных, в бишкекских. Что за маразм?!
— Отчего же маразм? Вот и идет восстановление корней, за которые вы ратуете.
— Этого нельзя делать! Во-первых, это сомнительно с нравственной стороны. У кого-то из детей нет отца (родословная у кыргызов ведется по отцовской линии) или у ребенка — отчим.  А вдруг выяснится, что один ребенок — из знатного, манапского, рода, а другой — из бедного. Скажет школьник своему дедушке: а вот такой-то мой одноклассник — из такого-то рода, а дед: «Да это — бедняки, они нам служили». И начнут дети друг друга дразнить… Это очень опасно! Во-вторых, прежде чем требовать знание своих корней от детей, взрослые сами сначала должны с этим разобраться. Но свои корни знает далеко не каждый взрослый.
— Кстати, самый большой ажиотаж, буквально шквал звонков, вызвал почему-то опубликованный нами примерный список известных личностей, относящихся к тому или иному роду…
— Неудивительно: для большинства кыргызов этот вопрос — очень принципиальный.
— Но самое удивительное — бесконечные уточнения: нет, этот человек не из этого рода, а совсем из другого. Дошло до того, что один и тот же деятель в этих уточнениях успел «побывать» в нескольких родах. Уже складывается впечатление: сколько существует кыргызов — столько и мнений на сей счет. Скажите, в Кыргызстане найдется хоть один эксперт, который абсолютно достоверно сказал бы, кто из политиков из какого рода.
— Может, и найдется. Но всё равно найдутся и люди, которые ему не поверят. В этом вопросе у нас — страшная путаница. Поэтому я и говорю: тему родоплеменных отношений надо сейчас выводить из сел, из школ. Её надо изучать даже не в вузах, а в научных кругах. Её нужно поднимать на самый верх. Думаю, было бы даже целесообразно создать специальную этнографическую комиссию.
— А откуда взялась путаница?
— Она началась после 1917 года. До революции были роды знатные, манапские, и были племена бедные, подневольные. Не буду их называть — я люблю свой народ и не хочу вносить какой-то раскол по этому признаку, в этом вопросе нужно быть осторожнее. Так вот, социализм принес всеобщую уравниловку. С одной стороны, очень большое значение придавалось происхождению человека:  в России искоренялось дворянство, здесь — бай-манапство. Большевики вперед выдвигали вчерашних бедняков. С другой стороны, родоплеменные отношения сохранялись. Различные племена примкнули к основным родам. Либо жили на их территории — то есть относились к тому или иному роду, как говорится, «по почве». И все 69 лет, пока существовал СССР, они себя к  ним относили. А когда Союз развалился, все — вместо того чтобы откапывать свои истинные корни — предпочли эту путаницу сохранить. Удивительная вещь произошла! Послушаешь разговоры на похоронах, тоях  (а у кыргызов ни одно такое мероприятие не обходится без обсуждения этой темы) — складывается впечатление, что у кыргызов вообще не было бедняков, а одни манапы, князья! А ведь если даже ты потомок бедняка — не стыдись, а заслужи известность своими добрыми делами, и люди будут тебя уважать еще больше. А если соврешь, подделаешь свое происхождение, сфальсифицируешь историю — наоборот, потеряешь уважение.
— А как можно подделать происхождение?
— Очень просто. Во-первых, через печать. Бывает, читаешь в кыргызоязычной прессе про происхождение какого-то деятеля сначала одно, а через какое-то время — уже совсем другое. Есть ученые, которые занимаются составлением санжиры. Это — своего рода сертификат, генеалогия того или иного рода. Это, в сущности, сама история кыргызского народа. Объясню на своем примере (рисует схему). Вот  основатель нашего рода, чье имя он и носит —  за названием каждого кыргызского рода стоит имя его основателя. Он жил, судя по всему, в 15-16 веках. Он — мой 13-й дед. У него было трое сыновей. Знакомясь с сородичем, я обязательно спрашиваю: ты — от какого сына? Называет вот этих двух  — значит, он мне очень дальний родственник. Называет третьего сына, моего деда в 12-м поколении, — я уточняю: а ты — от какого из его сыновей? Вот так шаг за шагом и выстраивается санжира. По именам дедов до седьмого колена я могу определить, кто из известных людей мне доводится родственником — от них произошли многие фамилии. Я, скажем, свою фамилию ношу по имени прадеда Борончу.
— И где можно эту санжиру найти, она выпускается в виде книг?
— В том-то и проблема, что какой-то официальной санжиры не существует! Какие-то родословные хранятся в мечетях, что-то помнят старики. Самыми достоверными источниками я считаю труды российских ученых, в том числе царских. Они составляли генеалогические древа всех кыргызских родов очень тщательно и добросовестно, со слов аксакалов. Они не были заинтересованы в каком-то искажении истории. Но эти книги официально не признаны. И после развала Союза санжиры стали попросту придумывать и покупать. Сначала — статья в газете. Потом заказывается книга — в хорошем переплете, автор — с ученой степенью. В какое-то из этих колен вставляется предок (на самом деле — совсем из другого рода или племени), а вот и его потомок — известный сегодня деятель. Либо делают основателя рода, скажем, седьмым дедом, хотя на самом деле он, как в нашем случае, тринадцатый. Уверяю вас, многие митинги были бы не такими многолюдными, если бы в этом вопросе не царила такая путаница. Да, конечно, люди шли на митинги и из патриотических побуждений, и за деньги, но и принадлежность к тому или иному роду тоже имела большое значение. У кыргызских политиков ведь как принято. Сначала они кричат: «Кетсин, кетсин!» — «Уходи, уходи!». А когда тот, кому это кричали, кетты — уходит, начинают кричать: «Мен! Мен!» — я, только я могу занять его место! Ссылаясь при этом на свое происхождение. Многие не пошли бы на митинги ещё и потому, что знали бы, что выступают, по сути, против своих сородичей. И сама собой решилась бы проблема юг-север — в силу того, что практически все кыргызские роды расселены (по причине разных исторических обстоятельств) по всей территории республики. Вот — реальная наша политика.

 

 

Преподаватель конституционного права

Азамат Борончиев со своими студентами.

— Именно поэтому страна, с чего начался наш разговор, и зашла в правовой тупик?
— Смотрите, что получилось. Когда мы после 1917 года вошли в новую, социалистическую правовую систему, были перечеркнуты свои собственные источники права. А основным источником права, все юристы это знают, являются обычаи и традиции народа. Но они не были учтены. Пришла демократия. Тут бы и посмотреть назад, вспомнить свой уклад жизни. Но мы посчитали, что стали очень грамотными, стали состоявшейся нацией — и решили, что сможем жить по романо-германской правовой системе. Её главный принцип — разделение властей. Все страны бывшего Союза взяли себе этот принцип. Но через лет пять мы поняли, что власть у нас не делится —  в силу наших национальных традиций, внутренних устоев. Власть, как ни крути, по сути, остается в одних руках. Власть фактически так и не разделилась, а делиться стали кыргызы — еще больше по родам, а потом, к сожалению, и по регионам. Причина в том, что конституция, которую мы все время изменяем, по сути, НЕ НАША. Страны, с которых мы скопировали романо-германскую систему, шли к своим конституциям естественным путем, столетиями. Это — ИХ история, ИХ традиции, которые постепенно трансформировались в право. Мы же развивались не эволюционно, а скачками — сначала скакнули в социализм, затем в демократию. Ни к чему путному такие скачки не приводят никогда.
— Так, может, эти древние родоплеменные отношения стоит попросту легализовать — звучат уже и такие предложения.
— По-моему, это — единственный выход. Чтобы двигаться вперед, нам надо вернуться немного назад.
— И как вы себе эту легализацию представляете?
— Вот, например, почему бы уже при предстоящем реформировании конституции не предусмотреть в её проекте двухпалатный парламент? Одна палата — законодательная, а в другой будут официально представлены кыргызские роды, избираемые самими родами. Кандидаты в депутаты, мне кажется, должны получать подтверждение о принадлежности к тому или иному роду или племени в этнографической комиссии — чтобы не было споров и разногласий, о которых мы говорили. Собираться эта палата будет, допустим, раз в квартал — и рассматривать вопросы общегосударственного значения. Работать эти депутаты будут на общественных началах — если считают себя патриотами.
— Где-нибудь в мире нечто подобное существует?
— У каждого народа — свой путь, своя особенность и искать какие-то аналогии, по-моему, не стоит. Я бы привел в пример палату лордов в британском парламенте. (Не предлагаю, конечно же, ее копировать, это невозможно — у Британии своя история, свои источники права.) Эти потомки знатных родов, представляющих лицо Англии, тоже не получают зарплаты. И не имеют практически никаких юридических рычагов. Но в случае политических кризисов, когда нет доверия к правительству и даже к короне, они могут сказать свое веское слово — в силу своего авторитета и политической ответственности. Вот и сейчас, если бы не только правительство, но и представители родов сказали народу: да, повышение тарифов необходимо для страны, народ отнесся бы к этому совсем иначе. И пусть все наши споры ведутся не на площадях, не в колхозах и на автотрассах, а в стенах этой палаты парламента.
— Не станет ли такая палата ещё одним очагом конфликтов и противостояния?
— Это можно предотвратить, создав юридические рамки. Например, введя в Уголовный кодекс ответственность за разжигание не только межрелигиозной, межнациональной, межрегиональной, но и межродовой розни.
— А где гарантия, что роды выдвинут в парламент действительно достойных представителей, а не лидеров ОПГ, например? Вот кто сейчас является лидерами родов?
— Формальных лидеров в родах пока нет. Но неформальным авторитетом пользуются, уверяю вас, не бандиты. А бизнесмены, ученые, отставные генералы — вполне ответственные, считаю, люди. К тому же, для того чтобы в парламент не просочились преступники, существует закон и Центризбирком.
— Ещё непонятно: если у этой палаты представителей родов не будет юридических рычагов, то как же она сможет влиять на ситуацию?
— А вы вспомните 24 марта 2005 года — я, кстати, наблюдал эти события не со стороны, а изнутри. Юридические рычаги вроде бы были. А вот тех, кто должен был ими управлять, не стало. Народ был полностью дезориентирован, народ не верил легитимной власти. Существуй тогда некая структура, подобная той, о которой я говорю, было бы на кого народу ориентироваться, был бы тот, чье слово стало бы авторитетным. Если традиционные отношения кыргызов не легализовать, то они со временем легализуются сами собой, стихийно. Роды сами выйдут на арену во время очередного политического кризиса. И последствия этого могут быть самыми непредсказуемыми.

беседу вел
Вадим НОЧЕВКИН

 

ТАК  КТО  ЖЕ — КТО?
Предложив нашим читателям вносить уточнения и дополнения в список некоторых кыргызских родов и их наиболее известных представителей, опубликованный в прошлом номере газеты, мы, честно говоря, даже не прогнозировали того  энтузиазма, с каким это предложение было принято. Ожидали мы, правда, что уточнить свое происхождение пожелают сами упомянутые персоны, ныне здравствующие, но вышло несколько иначе.

Сразу несколько читателей, позвонивших в редакцию и представившихся земляками Феликса КУЛОВА, сообщили, что Феликс Шаршенбаевич принадлежит не к калмакам, а к роду солто — точнее, к его подроду когой. Из этого же рода солто (а вовсе не из кушчу), по словам других  наших добровольных консультантов, происходит Бакирдин СУБАНБЕКОВ, в прошлом глава МВД республики. Зато Метекана ШЕРИМКУЛОВА, нынешнего посла Кыргызстана в Иране, говорят читатели, следует «переместить» из солто в род адыгене.
Вычеркнуть из списка кушчу наши читатели предложили ещё нескольких персон: премьера Данияра УСЕНОВА (он, сообщили нам, на самом деле саруу), клан САРЫГУЛОВЫХ, клан НАНАЕВЫХ и даже супругу экс-президента Майрам АКАЕВУ (которая, по данным наших экспертов, на пике своего могущества считалась предводительницей этого рода) — все они, говорят, на самом деле относятся к роду жетиген.
Список саяков в результате читательских уточнений пополнился сразу несколькими известными именами: ими, по утверждению читателей, на самом деле являются Муратбек ИМАНАЛИЕВ, нынешний генеральный секретарь ШОС, Ишенбай АБДУРАЗАКОВ, известный дипломат и общественный деятель, а также Иса АХУНБАЕВ, прославленный хирург — все они в нашей публикации упоминались как представители рода бугу.
Экс-глава Госстроя Ишенбай КАДЫРБЕКОВ, по сведениям читателей, вовсе не сарыбагыш, а черик. А вот Исхак РАЗЗАКОВ, возглавлявший республику в 1945-1961 годах (во многих источниках именуемый ичкиликом), по утверждению преподавателя из Оша Арстана Кулназарова, был из рода саруу. «Это всем известно», — заявил нам этот читатель.

НЕ  ВПАСТЬ  БЫ

В  КРАЙНОСТЬ!
Мелис ЭШИМКАНОВ, журналист, в недавнем прошлом депутат парламента, руководитель гостелевидения, а ныне председатель Наблюдательного совета Фонда развития КР, оказался единственным политиком, который сам позвонил в редакцию и внес уточнение: он — не монолдор (как было указано в публикации), а сарыбагыш. Причем из подрода азык — ведущего, по сведениям М. Эшимканова, происхождение от… евреев. Мы не удержались, чтобы не провести маленькое «социологическое исследование».

— Для вас это так важно — обозначить свою принадлежность к конкретному роду?
— Честно говоря, для меня, выросшего в бишкекском Кызыл-Аскере, не очень. Когда я занялся политикой, а все вокруг стали делиться на роды и племена, я тоже начал выяснять, откуда я родом — больше из любопытства. И сейчас это вопрос для меня — всего лишь реальность кыргызской действительности, не более того. Любопытно знать, как устроена так называемая кыргызская политическая элита. Вам я позвонил, во-первых, чисто из журналистской привычки — всё уточнять. Во-вторых, с очень большим уважением отношусь к вашей газете. Глазами редактора смотрю на сегодняшнюю прессу — и просто ахаю. Пресса, особенно кыргызскоязычная, стала, к сожалению, безграмотной, безумно вульгарной, какой-то уличной. Где наши годы — годы газеты «Асаба»?! Печально всё это… За последние 20 лет сколько позиций поменяли все наши средства массовой информации. Неизменными остались только два СМИ — КТР, которая обслуживает только власть, и «Дело №…», которая всегда остается беспристрастной. Аплодирую вашей стойкости, удивляюсь, как вам удается не шарахаться ни в какую крайность — ни вправо, ни влево.

— Спасибо на добром слове. Но вернемся к сарыбагышам. Нам теперь остается только удивляться той войне, которая несколько лет назад  шла у вашей «Асабы» с Турдакуном Усубалиевым — вашим, получается, сородичем.

— Это происходило по одной простой причине. К тому времени вокруг Усубалиева собирались сарыбагыши — тогдашние министры Касиев и Койчуманов, генпрокурор Шаршеналиев. Приглашали меня: «Сарыбагыш — это и твой род, ты не должен своей газетной деятельностью  мешать нашей команде». Я, честно скажу, отказывался эти разговоры воспринимать: для меня это дико, я космополит, я городской…  За эти 18 лет — так по иронии судьбы получилось — я в основном «бодался» с сарыбагышами. Я всегда удивлялся: какой мы странный  — горный народ?! Про роды уже не говорю, но Нарынская область — вроде маленькая, а сколько олигархов, политиков — и все друг с другом «бодаются»! Не только в одном округе, даже в одном селе «бодались» по 6-7 кандидатов в депутаты.
Не так давно в одной из районных газет я прочитал высказывание одного 90-летнего аксакала-ичкилика. Кыргызстаном столетиями, писал он, правили только два племени — сарыбагыши и ичкилики. И пусть текебаевы и сариевы, солто и мундузы успокоятся — никогда из них президента не будет, потому что богом так заведено. Ичкиликам, чье сейчас время, надо бояться политиков только из  сарыбагышей, они — главные соперники… Мне было очень любопытно это читать. Значит, следующий президент будет из нашего рода. Как у россиян — лидера лысого или без шевелюры обязательно меняет лидер с шевелюрой (смеется). На самом деле ко всему этому я отношусь с иронией, потому что слишком пропитан русской и мировой культурой. И сейчас меня приглашают и азыки, и сарыбагыши: «Просто приходи на чаепитие». Я отказываюсь: ребята, идти туда, где чувствую себя немножко не в своей тарелке, я не могу. Врать вам, что я ваш, я не хочу.
— Не боитесь оказаться в изоляции?
— Нет, не боюсь. Сейчас я нахожусь немного в другом измерении. Я в поисках Бога посетил святые места — Тибет, Египет, Израиль, Иорданию,  у меня совсем другое восприятие мира — и  все эти родоплеменные деления, переходы из оппозиции во власть и наоборот мне кажутся абсолютно мелкими, детскими. Как на духу говорю: я на всё это смотрю немножко отстраненно. Сейчас у меня своя гражданская война — в душе, для меня важнее самому стать человеком, чем мечтать о правлении страной, парламентом или НТРК.
— А как вы — человек современный, городской — смотрите на то, чтобы эти родоплеменные отношения узаконить, даже ввести в парламент представителей родов?
— Знаете, а я ещё при Акаеве написал для «Асабы» статью, в которой призывал вернуться к парламентаризму в форме деления на племена. Но писал я её тогда больше в порядке эксперимента. Для этого общественное сознание, политика, культура масс должны дорасти. Слышал, на предстоящем курултае некоторые роды (черики, саруу, жетиген, которые уже собирали свои маленькие курултаи) хотят эту идею озвучить: давайте перейдем к  такому правлению: вместо парламента — курултаи, где будет решаться судьба страны. Но мы настолько за годы после развала советской империи изуродовали под соусом демократии понятие “государственное управление”… Боюсь, не уйти бы теперь в другую крайность. Теоретически не исключаю, что через какие-то годы, в будущем, наша европейская форма правления будет учитывать и эти, к сожалению, реалии кыргызской истории. Но только не сразу и не сейчас.

С 1950 по 1961 гг. пост первого секретаря ЦК республиканской компартии занимал южанин И. Раззаков, в 1961-1985 гг. — сарыбагыш (северянин) Т. Усубалиев, в 1985-1990 гг. — снова южанин А. Масалиев. В 1990 г. Масалиева сменил сарыбагы (ш) (северянин) А. Акаев.

Сариев — саяк, но типа чуйский.
Атамбаев и Кулов — солто.
Бекназаров — не знаю род, но аксыйский.
Шер-Нияз — таласский. Тогда скорее всего кушчу или саруу.
Барктабасов — иссыкульский. А там много бугу, МС (морских саяков) есть МС и СС (суусамырские саяки). Но я не знаю к чьему роду он принадлежит.

Yсен акя – саяк

 

М.Оленев: Роды и кланы Средней Азии. Каримовы, Рахмоновы, Ниязовы… (обзор)
10:12 11.12.2006

РОДЫ И КЛАНЫ СРЕДНЕЙ АЗИИ

Кыргызстан

Киргизы (правильнее — кыргызы) — самый древний народ Средней Азии. Уже в I тысячелетии до нашей эры возникла первая государственность на территории современного Кыргызстана. Фактически кыргызы всю последнюю тысячу лет провели в оборонительных войнах.

Начиная с XIII века кыргызам пришлось вести кровопролитные войны за независимость от различных завоевателей. Во второй половине XV века на территории Кыргызстана в результате объединения кыргызских племен впервые сложилось самостоятельное ханство, в состав которого вошла основная часть сформировавшейся к тому времени кыргызской народности. Большое значение Кыргызстан имел на Великом Шелковом Пути. Города Ош — главный города юга современного Кыргызстана в течение многих тысячелетий из-за географически удобного расположения был транзитным городом Ферганской ветки Великого Шелкового Пути. Местные жители обслуживали путешественников и торговцев караванов. Ош как удобное место для торговли и обмена товаров привлекал торговцев, ремесленников, скотоводов и земледельцев. В XVI веке в основном завершился этногенез кыргызского народа, «переварившего» в себе, кроме прочих, племена монголов, калмыков и кыпчаков (половцев). В 1863 году, устав от постоянной угрозы со стороны Китая и Казахстана, Северный Кыргызстан был присоединен к Российской империи, а в 1876 году — Южный. В это же время здесь появились первые русские переселенцы.

Истоки внутрикиргизский межплеменной борьбы за власть между Севером и Югом лежат еще в первой половине XIX в., когда южнокиргизская знать боролась за власть в Кокандском ханстве, оспаривая ее у сартов и кипчаков. Поскольку Кокандское ханство в это время формально подчинило себе всю Киргизию, то это породило у южнокиргизской знати претензии на господство надо всем киргизским народом. Среди северных же киргизов выдвинулось племя сарыбагыш, правитель которого Ормон в 1850 г. провозгласил себя ханом всех киргизов.

После победы Октябрьской революции кыргызы вместе со всеми народами бывшей царской России вошли в состав Советской республики. В 1918 г. Киргизия — часть Туркестанской АССР. По национально государственному размежеванию советских республик Средней Азии 14 октября 1924 г. была образована Кара-Киргизская (с 25 мая 1925 г. — Киргизская) автономная область в составе РСФСР, 1 февраля 1926 г. преобразована в Киргизскую АССР, а 5 декабря 1936 г. — в Киргизскую ССР.

Наиболее влиятельные роды Северной Киргизии — Сары Багыш, Кушчу, Солто, Тынай, Саяк, Бугу, Сару.

Чуй-Кеминский клан во власти представлен родом Сары Багыш. Представители этого рода проживают в Кеминском районе Чуйской области, а также в Кочкорском, Тянь-Шаньском и Ат-Башинском районах Нарынской области. Среди наиболее влиятельных представителей — Президент Аскар Акаев. Сферы влияния: первые лица государства и ближайшее окружение Аскара Акаева.

Таласский клан во власти представлен родами Кушчу и Сару. Среди наиболее влиятельных представителей — известный писатель Чингиз Айтматов (1928) и его сын, министр иностранных дел Аскар Айтматов (1959). Сферы влияния: масс медиа, банковская сфера, правоохранительные органы, бизнес-элита, ближайшее окружение Майрам Акаевой.

Чуйский клан во власти представлен родами Солто и Тынай. Наиболее влиятельные представители: Мисир Аширкулов, Ильяс Бекболотов, Чубак Абышкаев, Кубат Кожоналиев, Феликс Кулов. Сферы влияния: органы прокуратуры, Совет безопасности, ближайшее окружение Мисира Аширкулова.

Нарынский клан во власти представлен родами Сары Багыш, Саяк. Среди наиболее влиятельных представителей — бывший 1-й секретарь ЦК КП Турдакун Усубалиев (1919) (относится к нарынской ветви рода Сары Багыш). Сферы влияния: губернаторы областей, политическая элита среднего звена.

Иссык-кульский клан во власти представлен родом Бугу. Сферы влияния: губернаторы областей, МИД, наука, культура, искусство.

В Южной Киргизии проживают две группы с самоназванием Ичкилик и Отуз Уул. Ичкилики проживают на территории Ошской и Баткенской областей и частично в Джалал-Абадской области, рода Отуз Уул — на территории Джалал-Абадской области и частично на территории Ошской. Юг страны густонаселен и слаборазвит, в силу чего представители южных областей имели гораздо меньше возможностей для обучения своей молодежи в ведущих ВУЗах СССР и СНГ. Юг также был менее населен русскими, а знание русского языка являлось в кыргызской среде существенным условием к приобщению к европейской цивилизации, что всегда являлось немаловажным фактором при продвижении по иерархии государственной власти. Кадровая политика, которую проводил Т. Усубалиев в 60-80 годы, будучи Первым секретарем ЦК Компартии Киргизии, не способствовала вхождению в политическую иерархию представителей южных регионов, которые по уровню образованности во многом уступали представителям Севера. И хотя пост Первого секретаря ЦК Киргизии до Т. Усубалиева занимал выходец из юга — Искак Раззаков, это не помогло представителям южных областей добиться доминирующего положения в руководстве страной. Раззаков был далек от кыргызской клановости, так как рос, воспитывался и получил образование в Ташкенте. В настоящее время, представители южных регионов слабо представлены и в высших эшелонах власти, и не имеют особой консолидирующей идеи, связанной с региональной принадлежностью.

Ичкилик. В политической элите представлены немного больше, нежели выходцы из рода Отуз Уул. Наиболее влиятельные представители: бывшие партийные руководители республики Исхак Раззаков и Абсамат Масалиев. Исхак Раззаков был смещен со своего поста высшим руководством СССР по формулировке «за недостатки в работе». Первым секретарем ЦК КП Киргизии в 1985 году на волне перестройки и гласности пришел Абсамат Масалиев (единственный, кого знал М. Горбачев в Кыргызстане), однако не сумевший сохранить свою власть во время событий, связанных с ГКЧП. В целом честный и принципиальный политик А. Масалиев, как мог, пытался воспрепятствовать разрушительным процессам происходившим на всем пространстве бывшего СССР, результатом которых стал крах советского государства. В связи с чем, его позиция во время известных трагических Ошских событий была совершенно неадекватной и повлекла за собой значительное падение его авторитета.

С 1950 по 1961 гг. пост первого секретаря ЦК республиканской компартии занимал южанин И. Раззаков, в 1961-1985 гг. — сарыбагыш (северянин) Т. Усубалиев, в 1985-1990 гг. — снова южанин А. Масалиев. В 1990 г. Масалиева сменил сарыбагы (ш) (северянин) А. Акаев.

Раззаков Исхак Раззакович (1910-1979). Уроженец пос. Коросан Ленинского района Ошской области. Ичкилик. Из семьи шахтера. В 1936-38 гг. — экономист в Госплане Узбекской ССР, в 1939-41 гг. зам. Председателя и председатель. В 1945-50 гг. — Председатель Совета Министров Кыргызской ССР. В 1950-61 гг. — 1-й секретарь ЦК Компартии Киргизии. Был первым политическим руководителем Кыргызстана из Кыргызов. Был освобожден от всех постов и направлен на место жительства в г. Москву Н. С. Хрущевым.

Усубалиев Турдакун (1919). Уроженец с. Кочкорка ныне Нарынской области. Из семьи крестьянина. В 1955-56 гг. — редактор республиканской газеты «Советтик Кыргызстан». В 1956-58 гг. — заведующий отделом ЦК КП Киргизии. В 1958-61 гг. — 1-й секретарь Фрунзенского горкома КП Киргизии. В 1961-85 гг. — 1-й секретарь ЦК КП Киргизии.

Масалиев Абсамат Масалиевич (1933-2004). Уроженец с. Алыш Кадамжайского района Баткенской области. В 1972-74 гг. — председатель Фрунзенского горисполкома. В 1974-79 гг. — секретарь ЦК КП Киргизии. В 1979-85 гг. — 1-й секретарь Иссык-Кульского обкома КП Киргизии, в 1985 г. — инспектор ЦК КПСС. В 1985-91 гг. — 1-й секретарь ЦК Компаpтии Киргизии. В апр-дек 1990 г. — председатель Верховного Совета Кыргызстана. Член Политбюро ЦК КПСС (1990-91 гг.) 25 октября 1990 г. на сессии ВС проиграл президентские выборы. С сентября 1992 г. — лидер Партии коммунистов Кыргызстана. С 1994 г. — председатель Фонда И. Раззакова. 24 декабря 1995 г. проиграл президентские выборы А. Акаеву (Акаев получил 71,6 % голосов, Масалиев — 24,4 %, Шеримкулов — 1,7 %).

Аскар Акаев

Акаев происходит из клана сары-багы.

1. Акай уулу Токой († 1967). Потомок знатного рода. Человек грамотный, закончивший медресе, в молодые годы был писарем Шабдан-баатыра. В 20 е гг. вынужден был бежать в Казахстан, где познакомился с будущей женой. В 30 х гг. был арестован, просидел год в тюрьме. В 1949 г. вновь репрессирован. В 1956 г. совсем ослеп. Жена — Асель-апа (1900-1997). Знатного происхождения — из старейшего славного рода Карасай-баатыра. Родилась в казахском селе Узунагач. Говорят, что Асель-апа, казашка — троюродная сестра Нурсултана Назарбаева, из того же, что и Назарбаев рода «шапрашты». Имели 5 детей, 20 внуков и внучек, 12 правнуков и правнучек.

1.1. Кучор (погиб в 1942 под Ленинградом)

1.2. Чилтен († 1995)

1.3. Асанкул (р. 1939, с. Кызыл Байрак Кеминского района Киргизской ССР). Входит в список 100 богатейших людей Кыргызстана. Живет в с. Кызыл Байрак. С 1984 года — председатель сельсовета, секретарь парткома. В 1987-98 гг. — директор совхоза «Чон-Кемин». В настоящее время работает генеральным директором государственного природного национального парка «Чон-Кемин». Имеет государственные награды. Заслуженный работник сельского хозяйства Кыргызской Республики. Избирался депутатом Собрания народных представителей Жогорку Кенеша Кыргызской Республики I созыва. Член Комитета по аграрной политике Собрания народных представителей Жогорку Кенеша Кыргызской Республики.

1.4. Аскар (р. 10.11.1944, с. Кызыл Байрак Кеминского района Киргизской ССР). Член-корреспондент (1984), академик АН Киргизской ССР (1984). Вице-президент (1987), президент Академии наук республики (1988). 27 октября 1990 года на внеочередной сессии парламент Кыргызстана избрал Аскара Акаева Президентом Республики. Жена — Майрам Душеновна (1947), родилась в горном селении Киргизии — с. Шумкар Таласского района. Cпециалист по теории механизмов и машин, профессор и зав. кафедрой Кыргызского Государственного Национального Университета (1989-93). Автор свыше 30 научных трудов. На общественных началах возглавляет Международный благотворительный фонд поддержки детства и материнства.

1.4.1. Бермет (1972). По окончании Лозаннской школы экономики работала в европейском отделении ООН в Женеве. С 2003 г. — официальный куратор-координатор проекта фонда «Ага-Хана» в Кыргызстане (строительство Центральноазиатского университета в г. Нарын). Муж (с 1997) — Тойгонбаев Адиль, бизнесмен, казах по национальности. Окнчил Бауманский институт в Москве. Контролирует значительную часть экономики Киргизии (авиация, энергетика, связь, ликеро-водочная промышленность). По слухам, он очень серьезный игрок на рынке горючего в Кыргызстане. По оценкам независимой прессы, сегодня Адиль Тойгонбаев контролирует все доходные отрасли республиканской экономики. В первую очередь — алкогольный сектор, в частности, АО «Кыргызалко» и Кара-Балтинский спиртзавод. Президентскому зятю приписывают также владение кабельным телевидением, тиражным изданием «Вечерний Бишкек», на основе которого он планирует создать собственный издательский дом. Кроме того, якобы именно благодаря ему первая леди имеет возможность публиковать собственную беллетристику, в результате чего влияние Тойгонбаева стало еще более заметным.

1.4.1.1. Айтегин (2001). Родился в Женеве.

1.4.1.2. Дочь

1.4.2. Айдар (Айдын) (р. 1976). Уроженец Ленинграда. Окончил Мэрилендский университет в США по специальности «Бизнес и администрирование» (1998), работал в банке в Алма-Ате. В 1999-2001- директор представительства ОАО «Казкоммерцбанк» в Кыргызстане. С 2001 г. работает советником Министра финансов Темирбека Акматалиева. Занимался реструктуризаций госдолга Киргизии России и Турции, а также странам Парижского клуба. 1-я жена (1998, разв. 2001) — Назарбаева Алия (1980), дочь Президента Казахстана. 2-я жена (с 2003) — Чокубаева Сайкал (1982), телеведущая канала «НБТ». В 2003 г. у них родился сын. В 2003 г. окончила факультет журналистики Американского университета в Центральной Азии, г. Бишкек. Владеет английским и французским языками, играет в большой теннис, увлекается фотографией, прилично играет на пианино. У нее есть сестра Саадат. Родители С. Чокубаевой — Эмильбек и Гульнара Чокубаевы, оба закончили ВГИК, творческие работники.

1.4.3. Саадат (1978). Не замужем, закончила школу в Швейцарии, затем университет Тафта в Бостоне по двум специальностям — «экономика» и «международные отношения». Работает сейчас в финансовой компании в Вене.

1.4.4. Илим (1984). Студент университета Джорджа Вашингтона (США).

1.5. Дочь (умерла младенцем)

Прочие родственники:

Оторбаев Джоомарт Каипович (р. 18.05.1955, г. Бишкек), вице-премьер министр; его отец долгое время был ректором университета, помогал делать Акаеву карьеру. С 1989 г. — доктор физико математических наук. В 1992 г. присвоено ученое звание профессора. В 1993 г. избран член-корреспондентом Национальной Академии Наук Кыргызской Республики. В 1995 г. — действительный член Нью-Йоркской Академии наук. В 1996 г. — действительный член Американской ассоциации развития науки. Основатель и издатель еженедельной газеты «The Times of Central Asia». Член Наблюдательного совета Американского университета в Кыргызстане. Президент «Ротари-клуба» — клуба иностранных инвесторов. Председатель наблюдательных советов двух благотворительных организаций. Член Международного комитета по плазмахимии и Оргкомитета Международных Симпозиумов по плазмахимии.

Таджикистан

Почти тысячелетие Таджикистан находился под властью македонцев, арабов, монголов и других завоевателей. В XIII в. Таджикистан был частью Монгольской империи. В XVI веке территория Таджикистана вошла в узбекское государство Шейбанидов со столицей в Бухаре. В этот период образовались Бухарское и Хивинское ханства, а позднее, в XVIII веке, — Кокандское ханство. В них правили ханы из узбекских династий. Таджики жили главным образом в Бухарском и Кокандском ханствах. В 1868 г. северная часть территории была присоединена к России, а оставшаяся часть продолжала находиться в составе Бухарского ханства, ставшего протекторатом России.

После революции 1917 г. таджики восстали против власти России, и до 1921 г. страна не была полностью подчинена СССР. В 1924 г. была образована Таджикская Автономная Советская Социалистическая Республика, в составе Узбекской ССР. В территорию республики вошли 12 волостей Туркестанского края, Восточная Бухара и часть Памира. Основные политические и культурные центры — Бухара и Самарканд — остались внутри границ Советского Узбекистана. В 1929 г. Таджикистан получил статус союзной республики, тогда же к нему была присоединена часть Ферганской долины.

Исторически, доминировали во властных структурах «равнинные северяне» — ленинабадцы или ходжентцы. С 1946 г. все 1 е секретари ЦК республиканской компартии были ленинабадцами — Гафуров, Расулов, Ульджабаев, Набиев, Махкамов. Быть родом из Ленинабада в советское время считалось залогом успешной политической карьеры. На вторых ролях были южане из Куляба и Курган-Тюбе, на третьих — представители центральных районов — Душанбе, Гарма, Тавильдары и совсем на номенклатурной обочине — памирцы, бадахшанцы.

Из книги А. М. Васильева: «постсоветская Центральная Азия. Потери и обретения» М.,1998:

«В Таджикистане клановое разделение прослеживается, прежде всего, по линии «север» (условно Ленинабадский район с большой численностью городского населения) — сельскохозяйственный юг». Ленинабадская группа (худжантский клан) традиционно является одним из наиболее авторитетных образований. В советское время ее представители занимали ключевые партийно государственные должности в республике. Кулябская группировка, в противопоставление «элитному» северу, отражает интересы жителей сельскохозяйственных районов. После прихода к власти представителя этого клана Э. Рахмонова началось постепенное вытеснение ленинабадцев с ключевых постов в правительстве, силовых ведомствах и правоохранительных органах, идеологических институтов. Гиссарская община и географически, и политически занимает промежуточное положение между Ленинабадом и Кулябом. Гамарская (каратегинская) группировка сосредоточила свои интересы вокруг торговли и потребительской кооперации. На ее базе создана Исламская партия возрождения, экстремистские группы боевиков-ваххабитов. Особое положение занимают памирцы (бадахшанская группировка), говорящие на восточно-иранских языках и являющиеся в отличие от большинства таджиков-суннитов шиитами-исмаилитами. По мнению специалистов, Памир — это маленькая таджикская «Сицилия».

Преобладание ленинабадцев в центральном правительстве вызывало недовольство по отношению к «горным» памирцам и каратегинцам, еще более подогревая межрегиональную напряженность. Во время гражданской войны и непосредственно после нее ленинабадские политики сформировали коалицию с кулябцами, чье главенствующее положение в политике страны было закреплено выборами Рахмонова в 1992 г. Эта коалиция постепенно разрушилась, поскольку кулябцам удалось вытеснить своих бывших союзников с национальной политической арены. Падение коалиции было завершено ко времени ноябрьских выборов, в ходе которых соперником Рахмонова был Абдумалик Абдулладжонов, ленинабадец, бывший премьер министром в коалиционном правительстве 1992 г., а затем председателем Совета Министров с конца 1992 по 1993 г.

Гафуров Бободжан Гафурович (1908-1977). Уроженец кишлака Исписар Ходжентского у. Самаркандской губ. В 1941-44 гг. — секретарь ЦК КП ( б) Таджикистана по пропаганде, в 1944-46 гг. — 2-й секретарь, в 1946-56 гг. — 1-й секретарь ЦК КП Таджикистана. Одновременно, в 1948-51 гг. — 1-й секретарь Сталинабадского обкома КПТ. С 1956 г. директор Института востоковедения АН СССР.

Ульджабаев Турсун Ульджабаевич (1916-1988). Родился в кишлаке Курук Ходжетского района Согдийской (Ленинабадской) области. На пленуме ЦК КПСС в апреле 1961 г. вместе с председателем Совета министров Н. Додхудоевым обвинен в «систематической фальсификации отчетных документов», в том, что «докладывали о перевыполнениии планов продажи хлопка государству, фактически же эти планы не выполнялись», затем снят со всех постов и исключен из партии. Его назначили директором отстающего совхоза «Митин-тугай» (ныне хозяйство им. Турдыева Московского района Хатлонской области).

Расулов Джабар (1913-1982). Уроженец г. Ходжента. В 1946-55 гг. возглавлял Совмин республики, в 1955-58 гг. — 1-й зам. министра сельского хозяйства СССР, в 1958-60 гг. — секретарь ЦК КП Таджикистана. В 1960-61 гг. — посол СССР в Того.

Эмомали Рахмонов

Возможно, что президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмонов — сейид: есть версия, что его отец родом из селения Ходжа-йи-Нур, где живут потомки одного из родственников Ходжа Исхока Хутталани. В данном случае, видимо, имеет место создание народной легенды наподобие истории о благородном происхождении Саддама Хусейна. В этом проявляется все та же закономерность: обладание властью, богатством, высоким социальным положением объясняются не столько личной удачей, сколько действием определенной сакральной силы, которая может быть доступна только потомкам мусульманских святых. Этот общественный стереотип помогает сословию «белой кости» сохранять свой привилегированный статус.

В правительстве Таджикистана в 1990 е гг. работали и другие представители сословия «ок-суяк», если судить по характерным титулам в составе их имен и фамилий:

— вице-премьер (позже разжалованный до главы администрации г. Исфара) Мирзошариф Исломиддинов,

— министр здравоохранения Аламхон Ахмедов,

— министр культуры и председатель партии «Иттиход» Бобохон Махмадов,

— председатель Государственного Комитетом по управлению госкомимущества Матлубхон Давлятов,

— председатель Государственного Комитета по делам оборонной промышленности Гаффорхон Мухиддинов,

— Чрезвычайный и Полномочный посол в Австрии и одновременно постоянный представитель в ОБСЕ и других международных организациях Хамрохон Зарипов.

В предыдущем парламенте республики работали: зампредседателя комитета по законодательству и правам человека Джурахон Зоиров, председатель комитета по делам женщин, охране здоровья, социальной защите и экологии Ходжа Ахмат Хидиралиев. Возглавив страну, Рахмонов стал самым молодым из руководителей государств, появившихся на карте мира после распада Советского Союза. Тогда, в ноябре 1992 года, ему было 40 лет. Во-вторых, если судить по номенклатурной анкете, он оказался самым «нетитулованным» из руководителей постсоветских государств. Не стояло за ним и диссидентское прошлое, как, например, у Ландсбергиса в Литве или Гамсахурдиа в Грузии. То есть, если судить по критериям, которые в то время могли стать трамплином к вершинам власти, у Рахмонова такого трамплина не было.

1. Рахмонов Шариф († 1992). Отец умер незадолго до избрания его сына Эмомали председателем Верховного совета Таджикистана. Жена — Майрам (1910-2004), уроженка Дангары (юг Таджикистана).

1.1. Нуриддин. Заместитель руководителя консульского отдела МИДа. Он решает кадровые вопросы и выступает верховным судьей в спорных ситуациях

1.1.1. Холмурод. Живет в хукумате Бешкентского (ныне переименованного в Носири Хисрав) района Хатлонской области. Он — исполняющий обязанности председателя района. У него три жены, вертолет и несколько автомашин марки «КамАЗ» {Источник: Tajikistan Times}. 4 января 2004- и. о. хукум (председатель) Бешкентского района Хатлонской области.

1.2. Джумахон. С 1995- Помощник Председателя Маджлиси Оли Республики Таджикистан.

1.3. Эмомали (Имомали) (р. 05.10.1952, пос. Дангара Дангаринского района Кулябской области). 3-й сын в семье. По утверждениям таджикской оппозиции, Рахмонов является «ставленником Сангака Сафарова» и «тесно связан с узбекскими властями, а в политическом плане — фигура не самостоятельная». По данным оппозиции, в период гражданской войны Рахмонов был командиром отряда Дангаринского района и «несет непосредственную ответственность за преследование демократов Дангары, казнь людей в Себистона и убийства таджиков в Курган-Тюбинской области. В 1976-88 гг. — занимал должность секретаря правления, председателя профкома колхоза Дангаринского района Кулябской области, затем работал в партийных органах. С июня 1988 г. — директор совхоза им. Ленина Дангаринского района. В ноябре 1992 г. был избран председателем исполкома Кулябского областного Совета народных депутатов. 19 ноября 1992 г. избран Председателем Верховного Совета Республики Таджикистан. 6 ноября 1994 года избран Президентом Республики Таджикистан. Женат, имеет девятерых детей (7 дочерей и 2 сына).

1.3.1. Фируза. Владеет сетью бутиков в центре Душанбе.

1.3.2. Озода. Муж — дипломат.

1.3.3. Тахмина. Муж — бизнесмен-строитель.

1.3.4. Парвина. Учится в медицинском вузе и ходит по городу с телохранителями.

1.3.5. Рукшона. Учится в США.

1.3.6. Младшие дети учатся в Президентском лицее в Душанбе.

Прочие родственники:

Гулов Шерали (1950), отец одного зятя Рахмонова. Уроженец кишлака Пушинг Дангаринского района. С 1994- Председатель Хукумата Дангаринского района. В 1995 по 2000гг. — депутат парламента республики. В 2000 г. переизбран в Мажилиси Милли?/?верхнюю палату?/?Парламента — член Комитета Маджлиси Милли по сельскому хозяйству. С ноября 2001 г. Указом Президента назначен на должность Председателя Госкомитета по управлению госимуществом. (в апреле 2002 г. утвержден в этой должности Парламентом). Женат. Семеро детей: 5 сыновей и 2 дочери.

Гулов Ермахмат Алиевич (1954), отец другого зятя — руководит «Таджикплодовощторгом». Уроженец Куйбышевского (ныне — Ходжамастонского) района Курган-Тюбинской области. В 1990 и 1998 гг. — директор Гозималикского хлопкоочистительного з-да. Председатель Комитета по делам промышленности при Правительстве РТ (до 1998). В 1998-2000 гг. — народный депутат Маджлиси Оли — член Комитета по делам женщин, охране здоровья, социальной защите и экологии. С 1998- председатель Республиканской корпорации пищевой пром ти, садоводства и виноградарства «Хуроквори» (в том числе табачная и алкогольная продукция). Женат. Десять детей.

Хукумов Амонуло Хукумович (1951), дядя еще одного зятя. Уроженец Бохтарского района Курган-Тюбинской области. Председатель Государственной компании «Таджикнефтепродукт». В 1995-2000- народный депутат Маджлиси Оли от 126 го Курган-Тюбинского округа — Член Комитета по науке, образованию и молодежной политике. Председатель АООТ «Нафтрасон» (до января 2002). С января 2002- начальник Таджикской железной дороги.

Садулоев Хасан, брат жены Рахмонова, председатель правления АКБ «Орион-банк». До этого работал председателем унитарной товарно-сырьевой Таджикской торговой биржи (вместо него на эту должность сейчас назначен один из зятьев Рахмонова — М. Сахибов). Внешнеторговая деятельность может осуществляться только через республиканскую биржу — таков закон. А кому и за сколько предприниматель может продать собственный хлопок решает, президент биржи.

Саидов Зайд Шерович, дядя по линии отца президента. С 23 июня 1999- председатель Государственного Комитета по делам промышленности при правительстве РТ.

Туркмения

До советской власти каждое туркменское племя имело свой ареал проживания, свою территорию. Ни одно племя не нарушало границы другого племени. С приходом советской власти постепенно начали исчезать географические и другие границы между племенами, и люди стали свободно перемещаться, переселяться из одного района в другой. Появились реальные возможности для объединения и превращения туркмен в единую нацию. И эта возможность была в той или иной степени реализована. Однако полученной свободой жить там, где захочется, туркмены не особенно пользовались. Туркмены привержены к традициям, консерватизму. Они предпочитают жить и умереть там, где родились. Поэтому они меньше, чем представители других национальностей, мигрировали не только в пределах СССР, но даже своей республики.

Начавшемуся после установления советской власти в Туркменистане процессу консолидации туркмен в единую нацию, очевидно, помешали ошибки, допущенные Центром в национальной политике. Вместо того, чтобы демократизировать этот процесс, Центр взялся регулировать его административными методоми. Это затормозило процесс образования нации и произошла в определенном смысле консервация родоплеменных отношений в обществе. Необходимой миграции и смешения племен не произошло. Каждое племя оставалось жить в своем большинстве в том месте, где оно проживало. Назначение первых лиц в республике по ротации, когда представитель одного племени сменял представителя другого племени, не давало того большого эффекта, которого ожидала Москва от этой своей кадровой политики. Первыми лицами в Туркменистане становились представители всех крупных туркменских племен. Очевидно, таким образом, Москва хотела добиться сбалансированого результата от проводимой политики объединения всех туркменских племен в единую нацию. Все руководители республики проводили одну и ту же кадровую политику — опору на представителей своего племени. Каждый раз, когда глава государства менялся, менялось и его окружение, практически весь чиновничий аппарат в государстве.

Из статьи бывшего туркменского политического деятеля, а ныне диссидента Авды Кулиева:

«…Когда первым секретарем ЦК КПТ Туркменистана стал Шаджа Батыров, властные структуры государства преимущественно занимали ахалские текинцы. Шаджа Батыров был первым лицом в Туркменистана с начала 1943 года до середины 1951 года. Батыров родился в горном ауле Дешт Бахарденского района Ашхабадской области в семье зажиточного торговца. Авторитет Ш. Батырова в народе очень велик. Его знают не только как первого секретаря ЦК компартии Туркменистана, но и как заступника за интересы туркменского народа, как национального лидера. Родился Батыров в горном ауле Дешт Бахарденского района Ашхабадской области (племя ахал-теке) в семье зажиточного торговца. Сын Шаджа Батырова, Сердар Батыров, занимается преподавательской работой. Последней высокой должностью, на которую назначил его президент Ниязов была должность ректора политехнического института. Сердар Батыров не знает туркменского языка, поэтому он не может претендовать на роль политического деятеля.

Во времена Сухана Бабаева ахалских текинцев вытеснили алилинцы. Правление Сухана Бабаева приходится на 1951-1958 годы. Сухан Бабаев родился в 1910 году в семье крестьянина в ауле Юзбаши Каахкинского района Ашхабадской области. Он принадлежит к туркменскому племени алили. Шаджа Батыров, намекая на персидско-туркменское начало Бабаева, называл его в своем кругу курдом. Отец Бабаева умер в год рождения сына, а мать, оставаясь вдовой еще 40 лет, умерла в 1950 году. С 1923 по 1931 гг. Сухан Бабаев воспитывался в интернатах городов Каахка, Ашхабада, Ташкента. Другими словами, рос вне традиционной туркменской семьи и получил жесткое воспитание. Бабаев имел много родственников в Байрам-Алинском районе Марыйской области, где проживали две его сестры. Третья сестра жила в Ашхабаде. Женился Бабаев на дочери крестьянина-середняка из аула Юзбаши. Сухан Бабаев вошел в историю Туркменистана как фигура одиозная. Он один из организаторов и главных исполнителей разгрома в 1951 г. группы ученых-националистов — Б. Каррыева, М. Косаева, Абдалова. В годы правления С. Бабаева туркменская элита пополнилась представителями племени алили.

Затем пришло время Джума Дурды Караева (уроженца г. Байрам-Али, Марыйской обл.). Алилинская номенклатура уступила место марыйским текинцам. Караев правил недолго — около полугода и неожиданно умер 4 мая 1960 г.

Караева сменил Балыш Овезов. Емуды начали занимать чиновничьи кресла, на которых только что сидели марыйские текинцы. Балыш Овезов родился в 1915 году в Ташаузе (по др. данным — в селе Бедеркент Хивинского ханства (ныне Тахтинский район Ташаузской области Туркменистана) в семье кустаря-ремесленника. Он принадлежал к племени северных йомудов. Балыш Овезов правил республикой с 1960 по 1969 год. В 1970 г. понижен в должности до начальника Управления геологии СМ Туркменской ССР. Балыш Овезов имел интернациональную семью (его жену звали Римма). После него осталось 4 сына. Люди они малоизвестные. Лишь один из них — Батыр (р. 1939) — стал ректором политехнического института и депутатом ВС, а затем Меджлиса Туркменистана. Президент Ниязов назначил его заместителем председателя Кабинета министров по науке, но вскоре снял его с этой должности. Батыр Овезов не знает туркменского языка, и у него нет политического будущего.

На смену Овезова пришел Мухамметназар Гапуров и Ашхабад заполонили выходцы из Чарджоу. Его родина — Лебапский велаят или бывшая Чарджоуская область (с. Октябрьское Чардоуского района Чарджоуской обл.)- представляет один из наиболее пестрых ареалов родо-племенного расселения туркмен. Считается, что Гапуровы принадлежат к племени эрсары. Гапуров 30 лет находился на руководящей партийной и советской работе, из них 16 лет был первым секретарем ЦК КПТ. Четверо детей (трое сыновей и дочь) М. Гапурова связаны с Комитетом национальной безопасности и занимаются бизнесом в Москве, где ими взят в долгосрочную аренду под офис детский сад в районе Кунцево. Дочь М. Гапурова Марал состоит в браке с западноевропейским бизнесменом, ранее она состояла в браке с русским. Все дети Гапурова русскоязычные, туркменского языка и туркменских обычаев не знают. Он пользовался авторитетом и уважением среди населения страны. Его приглашали на свадьбы, юбилеи, торжества как аксакала (старейшину) и он, по возможности, принимал эти приглашения, приходил к людям на похороны и поминки. В Туркменистане на эту сторону жизни человека обращают очень большое внимание. В то же время, имея большой политический и практический опыт работы, он не был востребован режимом Ниязова. С первых дней пребывания у власти Ниязов очень ревностно относился к авторитету Гапурова. По указанию Ниязова Гапуров сразу же был снят с партийного учета в аппарате ЦК КПТ и переведен на учет в домоуправление по месту жительства, так как его присутствие в зале во время партсобраний очень угнетало амбициозного молодого лидера ЦК КПТ. В присутствии Гапурова Ниязов терял дар речи и самообладание. Это присуще всем руководителям, привыкшим пресмыкаться перед начальством. Ниязов создал условия, не позволяющие Гапурову принимать какое-либо участие в общественной жизни страны. Его не приглашали на встречи с ветеранами войны и труда, устраиваемые властями; на партийные и комсомольские конференции, где присутствовали другие ветераны; на собрания старейшин, одним словом — никуда. Одна из глав его мемуаров была посвящена Сапармураду Ниязову. Ниязов, узнав об этом, забеспокоился. Он опасался того, что нелицеприятные факты его жизни могут стать достоянием мировой общественности. Вскоре, 13.07.1999 г. Мухаммедназар Гапуров был найден мертвым на своей даче в поселке Берзенги. В день своей гибели Гапуров находился на даче со своим старшим сыном Мурадом. Дети покойного, проживающие в России, с трудом получили въездные визы для приезда на похороны отца. Похороны состоялись лишь 15 июля 1999 г. По обычаю, туркмены хоронят покойного в день смерти, пока солнце не зашло…»

СОВРЕМЕННЫЕ КЛАНЫ

От первых туркменских руководителей Гайгысыза Атабаева, Недирбая Айтакова, Сахатмурадова не осталось никого, кроме их детей, изгнанных со своей Родины. Дети Атабаева и Айтакова живут в настоящее время в Москве. Они далеки от сегодняшних проблем туркмен, находятся в пенсионном возрасте, и поддерживают слабую, от случая к случаю, связь с Туркменистаном. Вся тогдашняя элита, группировавшаяся вокруг Гайгысыза Атабаева и его соратников, уничтожена. Не сохранилось даже имен большинства из них.

Элита 50-80 х гг. сохранила свое влияние и в настоящие дни. Так, брат бывшего Председателя Президиума Верховного Совета Туркменской ССР Розы Базаровой (1933) (она из Чарджоу, из племени эрсары) — Борис (Бабамурад или Бабакули) Атамурадович (1939-2002), бывший директор научно-производственного коллектива «Гелиос» НПО «Квант» и заместитель Председателя Кабинета Министров Туркменистана. «Случайно» погиб в автокатастрофе в Москве в марте 2002 г. Дочь Бориса Базарова замужем за сыном оппозиционера Мухамметкули Аймурадова, арестованного в 1994 г. туркменским КГБ по обвинению в попытке совершить государственный переворот и покушения на Ниязова. Он был осужден на 15 лет и содержится в тюрьме строгого режима. Младший брат Розы, Аннамырат, женат на сестре бывшего премьера Хана Ахмедова. Сын Базаровой — Бегенч. Несмотря на то, что он женат на дочери одного из богатых людей Туркменистана — бывшего губернатора (хакима) Марыйской области (веялата), председателя правления Центробанка и Вице-премьера (в 1992-96) Курбанмурада Оразова, не смог наладить свой бизнес из-за помех со стороны властей. Через несколько месяцев Президент снял его и назначил ректором Института народного хозяйства.

Дочь бывшего Председателя Президиума Верховного Совета Хивали Бабаева (1902-42) Аксолтан — «глава крупного племенного клана кизил-арватской группы». Ранее — Секретарь Президиума Верховного Совета Турмекнской ССР. Ее сын — Сердар Бабаев, хяким (губернатор) Балканского велаята. Другой внук Хивали Бабаева, Чары Бабаев, посол Туркменистана в Великобритании, бывший замминистра иностранных дел и министр экономики, сбежавший в Великобританию.

Племянник бывшего Председателя Совмина и Президиума Верховного Совета республики Баллы Язкулиева (1930) Язгельды Гундогдыев — руководитель администрации (хоким) Ташаузской области.

Сапармурад Ниязов

1. Аннанияз Артык (~1884-1938?). Туркмен из племени ахал-теке рода гонур. В 1937 году арестован и отправлен в Ташкент, откуда не вернулся.

1.1. Атамурад Аннаниязов. Из аула Кипчак (в 10 км. от Ашхабада). В сер. 30 х гг. — учитель сельской школы г. Керки. В 1935-36 годах переезжает в одно из сел Геокдепе. В 1937 году он купил небольшой дом в Ашхабаде, обосновался, начал работать. В 1941 году был призван в армию, воевал в составе 2-й ударной армии генерала Андрея Власова и в 1942 году погиб во время разгрома армии в ходе неудачной Любаньской операции (похоронка пришла в 1943 году). В начале 2001 года следопыты из Казани обнаружили его останки возле села Мясной Бор Новогородской области и захоронили их (ранее существовала неподтвердившаяся версия, что могила А. Ниязова находится в окрестностях Нальчика, где он, будучи пленным, был расстрелян немцами). Он — трижды Герой Туркменистана (посмертно). В Ашхабаде есть улица имени Героя Туркменистана Атамурата Ниязова. Бороздит морские просторы нефтеналивной танкер «Гахрыман (Герой) Сапармурат Ниязов». В Марыйском госпитале инвалидов войны имени «Героя Туркменистана Атамурата Ниязова» установлен величественный памятник Атамурату Ниязову, на втором этаже госпиталя музей «Священная семья Героя Туркменистана Атамурата Ниязова». Установлен памятник отцу Ниязова и в Ашхабаде. У этого памятника 9 мая Сапармурат Ниязов собирает ветеранов Великой отечественной войны, чтобы они поклонялись памяти «героя». Во время ашхабадского землетрясения 6 октября 1948 года погибли мать туркмен-баши 33-летняя Курбансолтан (Гурбансолтан-эдже) Атамурадова, домохозяйка, ковровщица, старший брат 10-летний Ниязмурад, 6-летняя сестра Гельдымурад и 6-летний Мухамметмырат. Похоронены на кладбище Имам-Касим. (7 мая 1996 года в центре Ашхабада был открыт памятник матери президента Ниязова).

1.1.1. Ниязов (Аннаниязов) Сапармурад Атаевич (р. 19.02.1940, г. Ашхабад). Воспитывался в приюте для сирот, затем в семье дальних родственников в селе Геокча Ашхабадского района Ашхабадской области. В детстве и юности носил фамилию, образованную от имени отца — Сапармурат Атамурадов. Жена — Мельникова Муза Алексеевна (р. 1938). Говорят, что она еврейка по матери, принадлежит к одному из влиятельных еврейских родов. Закончила Ленинградский политехнический институт. По линии супруги у Ниязова нашлись родственники-бизнесмены в США.

1.1.1.1. Мурад (р. 1967). Закончил одну из лучших школ Ашхабада, затем поступил на юридический факультет Туркменского государственного университета им. Горького (ныне им. Махтумкули) и перевелся на учебу в Ленинград на юридический факультет. По окончании института — следователь прокуратуры в Москве. В начале 1993 г. он стал бизнесменом международного уровня. Принимал участие в строительстве валютного 5-звездочного отеля в центре Ашхабада. Закончил Дипломатическую академию МИД России. Участвует в продаже туркменского газа Украине и другим странам СНГ. За поставленный Украине туркменский газ Мурад Ниязов получил от Украины 300 танков Т-72 и продал их Пакистану. 1-я жена — из богатой татарской семьи Энгела Музагитовича Тойкина, бывшего работника Ашпромторга, заведующего Отделом легкой промышленности Госплана ТССР.

1.1.1.2. Ирина. Ззакончила Московский университет по специальности кибернетика. Состоит в интернациональном браке с дальним родственником Музы Алексеевны.

Прочие родственники:

В ауле Кипчак у Ниязова имеется родной дядя Мухаммед Курбангельдиев. К своим родственникам по «кипчакской» линии Туркменбаши до последнего времени относился с холодком, вполне возможно, из-за недоброжелательности, проявленной к нему в период сиротского детства. Однако сейчас Ниязов стал уделять больше внимания приобщению своих земляков к управлению государством. Говорят, что бывший хяким Ахалского велаята Джума Амансахатов, бывший министр иностранных дел Халыкберди Атаев и министр внутренних дел Курбангельды Касымов — дальние родственники Ниязова.

Узбекистан

Узбекистан состоит из 12 областей (Ташкентская (Северо-Восток), Андижанская (Восточная часть Ферганской долины), Джизакская (Центр), Ферганская (Южная часть Ферганской долины), Кашкадарьинская (Юг), Хорезмская (Северо-Запад), Наманганская (Северо-Восточная часть Ферганской долины), Навоинская (Юго-Запад), Самаркандская (Центр), Сурхандарьинская (Юг) и Сырдарьинская (Центр)) и Республики Каракалпакстан (Юго-Запад).

Самые густонаселенные районы — Ташкентская (4,45 млн. чел.), Ферганская (2,597 млн.), Самаркандская (2,322 млн.) и Кашкадарьинская (2,029 млн.) области.

«Коренная нация» сегодняшнего Узбекистана — это узбеки, которые составляют около 80 % населения. Но узбеки совсем не однородная группа. Они традиционно разделяются по клановому принципу, в частности социальная структура узбеков основанна в рамках так называемой махаллы. Эти махаллы существуют не только в традиционных центрах, а также были созданны в определенной мере в больших городах. Жесткая иерархическая структура махалл, где каждый имеет свою определенную позицию, выражается фактором клиентизма, который проявляется на местном уровне и в высших эшелонах власти. Кроме узбеков, в стране проживают и другие заметные этнические группы — прежде всего русские (5,5 %), таджики (5 %), каракалпаки (2,5 %) и казахи (3 %).

Кланы в Узбекистане сформировались на основе территориальной общности происхождения предположительно в конце XIX — начале XX веков. Узбеки давно перешли к оседлости, поэтому знание о том, кто из какого рода и племени произошел, здесь утратило актуальность. Под кланом понимается группа людей объединенных родовой (родственной) или территориальной общностью происхождения. Клановость не довлеет над обществом. Связи и конфликты внутри клана или между кланами непосредственно затрагивают определенный слой людей, располагающих доступом к власти, материальным ценностям и собственности. Остальная масса населения вовлекается в клановые отношения вольно или невольно по мере необходимости. Принадлежность к клану позволяет расчитывать на продвижение по службе, получение каких-либо благ, улучшение материального положения, решение собственных жизненных и бытовых проблем. Ядро клана в городе составляет группа родственников по крови и браку, однокашников и личных друзей лидера, независимо от их родоплеменной принадлежности, а временами и национальности, объединенных продолжительной совместной деятельностью в определенном регионе (области).

Узбекские кланы отличаются от кланов Казахстана и Азербайджана. В Казахстане кланы сформированы на основе родоплеменных связей; все казахское население делится на три жуза, каждый из которых состоит из нескольких родов. В Азербайджане кланы, так же как и в Узбекистане, сложились по территориальному принципу. Однако в Азербайджане это явление практически совпадает с понятием землячество. Представитель другой национальности, как правило, не может быть членом клана.

В Узбекистане различают самаркандский (самаркандско-бухарский), такшентский, ферганский, кашкадарьинский кланы. Их основу в прошлом составляла местная хозяйственно-политическая элита конкретного региона. Несмотря на социальные потрясения, вызванные крушением Российской империи и образованием СССР, кланы сохранились и продолжали оставаться важным фактором внутренней политики. Влияние кланов усилилось в 60-70 годы после того, как представители национальной технической, творческой и научной интеллигенции активно стали привлекаться к управлению республикой.

Самая главная и влиятельная структура современного Узбекистана — это самаркандско-бухарские клановые элиты, происходящие во многом из главных центров Бухарского эмирата. В начале существования советского Узбекистана (1924-1930) кланы из Самарканда и Бухары сохранили свое влияние в руководстве страны, что было подчеркнуто провозглашением Самарканда столицей новой Узбекской республики. Однако в 1930 г., с перемещением столицы Узбекской ССР из Самарканда в Ташкент, Сталин сменил руководство уроженцами из Ферганы. Самым ярким представителем «бухарского клана» 20-30 х гг. был Файзулла Ходжаев, председатель Совнаркома республики в 1925-37 гг. Однако с его расстрелом влияние группировки сошло на «нет» лет на 20. Только в 1959 г. 1 м секретарем КПУз был назначен уроженец Джизака 42-летний журналист и писатель Шараф Рашидов. Его родина — колхоз «Москва», территория которого сегодня начинается в пяти минутах ходьбы от центра города Джизака. Джизак многие годы входил в состав Самаркандской области. У него были хорошие связи с Самаркандскими и Бухарскими элитами, которые постепенно заменили «ферганцев» на высших республиканских позициях. Основную оппозицию Рашидову составляли ферганские структуры. Рашидов эти структуры вытеснил, a сохранив их лояльность свадьбой своей дочери со своим верным сотрудником Мусахановым из Ферганы и потвердив главу официального муфтиата в Ташкенте — семью Бабахановых (Зийавуддин Бабахан (1908-1982), муфтий с 1952 г.)b. Правой рукой Шарафа Рашидова, а, по существу, «начальником республиканского отдела кадров» долгие годы был тогдашний министр сельского хозяйства Исмаил Джуракулов, который, в отличие от Рашидова (тот был сиротой и воспитывался дядей в сельской семье), выходец из состоятельной семьи, имеющей купеческие корни. Исмаил Джурабеков и сейчас, после кратковременного, протяженностью примерно в год, отсутствия на политическом Олимпе, у руля. Многие годы он возглавлял Кабинет Министров. Сейчас, будучи советником президента, он по-прежнему обладает мощным влиянием и считается наиболее популярным политиком в Узбекистане.

Ферганские кланы традиционно связанны с Кокандским ханатом, который был ликвидирован в 1876 г. и включен в состав Туркестанской губернии. В настоящее время эти структуры чувствуют себя ущемленными отстранением от реальных рычагов центральной власти. Вместе с современными социальными проблемами это создавает взрывоопасную обстановку в Фергане. Фергана — самый населенный регион Узбекистана, с самым интенсивным сельским хозяйством и также самый исламизированный регион Центральной Азии. Экономическая и социальная ситуация (высшая всех областей Узбекистана безработица) и незначительное влияание в центральных органах страны — причина стремления некоторых слоев населения к оппозиционным структурам, прежде всего исламским. Представители «ферганского клана» во власти — Юлдаш Ахунбабаев (председатель ЦИК и Верховного Совета в 1925-43 гг.), Усман Юсупов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1937-50 гг.), Амин Ниязов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1950-55 гг.), Ядгар Насриддинова (председатель Президиума Верховного Совета в 1959-70 гг.), Инамджон Усманходжаев (1-й секретарь ЦК КПУ в 1983-88 гг.) и т.?д.

Долгое время одним из наиболее крупнейших и влиятельнейших кланов в Узбекистане был «ташкентский клан». В 20-30 х гг. видными фигурами на политическом небосклоне Средней Азии были «ташкентцы» Акмаль Икрамов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1929-37 гг.) и Султан Сегизбаев (председатель Совнаркома в 1937-38 гг.), в 50 е гг. — Абдуджаббар Абдурахманов (председатель Совнаркома в 1938-50 гг.), Абдураззак Мавлянов (председатель Совмина в 1950-51 гг.), Нуритдин Мухитдинов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1955-57 гг.), Сабир Камалов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1957-59 гг.), Мансур Мирза-Ахмедов (председатель Совмина в 1957-59 гг.), Ариф Алимов (председатель Совмина в 1959-61 гг.), в конце 80 х гг. — Рафик Нишанов (1-й секретарь ЦК КПУ в 1988-89 гг.) и др.

Кровавые ферганские события (3-7 июня 1989 г.), когда местными жителями-узбеками были вырезаны более сотни туркок месхетинцев, вынудили Нишанова уйти в отставку. И новым главой республики стал Ислам Каримов, который в это время официально представлял себя как человек, не связанный ни с каким кланом. Ислам Каримов хотя и является самаркандцем по рождению, однако, по мнению ряда экспертов, до своего выдвижения руководителем республики он не имел большой поддержки своего клана. За время же своей партийно государственной работы он тесно взаимодействовал с ташкентским и кашкадарьинским кланами. Кроме того, его продвижению способствовал Нишанов, ставший в 1989 году председателем Совета национальностей Верховного Совета СССР. Таким образом, Каримов был избран первым секретарем ЦК КПУ как устраивающая почти всех, компромиссная фигура, внешне не связанная с теми или иными клановыми группировками в партгосаппарате.

Именем самого Ш. Рашидова в 1992 был назван проспект в Ташкенте, в Джизаке восстановлен разрушенный памятник в его честь. Представители «рашидовского клана» были в 1992-94 гг. возвращены во власть.
ОТЦЫ И ДЕТИ

Какая-то часть «ок-суяк» осталась в сфере политики. Наиболее известный случай — Бузрук Ходжа Усманходжаев по прозвищу Ишан-бува, который боролся с басмачами, возглавлял Ферганскую область (1942-52), а потом (1952-77) был начальником Управления эксплуатации Большого Ферганского канала. Его сын — Ином Усманходжаев возглавлял исполкомы Наманганской, Андижанской областей, с 1978 г. был председателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР, а после смерти Шарафа Рашидова в 1983 г. занял высшую должность — Первый секретарь ЦК Компартии Узбекской ССР, в которой находился до 1988 г., когда его арестовали за подозрения во взяточничестве.

Из менее известных деятелей можно назвать, например, Мирзамахмуда Мусахонова (1912), который был в 1965-69 гг. 1 м заместителем председателя Совета министров Узбекской ССР, затем (1970-83) — 1 м секретарем Ташкентского обкома КПСС; его отец — Мирзарахмат Мусахонов (родом из Ферганы) принадлежал к числу первых революционеров и в 1923-24 гг. был народным комиссаром внутренних дел Туркестанской Республики. Еще один представитель «белой кости» — Асадулла Ходжаев в 1960-70 е гг. был 1 м секретарем Самаркандского, Наманганского обкомов и Ташкентского горкома КПСС. Министром культуры и председателем Государственного Комитета кинематографии Узбекистана был Азизхон Каюмов.

О РОДСТВЕННЫХ СВЯЗЯХ

Из сообщений Марата Захидова с ферганских интернет-форумов:

«…Существующая сейчас клановая система Узбекистана имеет глубокие корни с советских времен. Возьмем за начальную точку отсчета одну из популярных личностей узбекского руководства, вице — премьера Рустама Садыковича Азимова. Его старшая сестра (Шахноза Азимова) вышла замуж за Юсуфа Мусаханова, отец которого работал первым секретарем Ташкентского обкома партии (М. М. Мусаханов) До того, как Мусаханов стал первым секретарем обкома, там работала на должности секретаря по идеологии его сестра Х. Мусаханова. Естественно, что ее от должности освободили, чтобы не было семейственности, и назначили директором филиала музея Ленина. Но семейственность была сохранена в завуалированном виде: секретарем по идеологии становится Аъло Мухсумович Ходжаев, который был женат на Саодат Алимовой. Двоюродная сестра С. Алимовой в девичестве носила фамилию Юлдашева Фарида-Муборак; Мужем Фариды — Муборак и был племянник М. Мусаханова известный кинорежиссер Дамир Салимов (ученик С. А. Герасимова). Его младший брат Тимур Салимов на заре перестройки возглавлял Комитет профсоюзов предпринимателей и финансировал нелегальную организацию Миллий Мажлис, с которой берет начало процесс над группой экстремистов. Саодат Алимова, является родной сестрой в то время председателя Ташкентского облисполкома, затем первого секретаря Ташкентского обкома (после Мусаханова) и ныне Госсоветника Тимура Агзамовича Алимова (1936).

Другая родная сестра Тимура Алимова Дильбар Алимова является Директором института истории АН Узбекистана. Ее двоюродный брат и родной брат Фариды-Муборак — Юлдашев Бекзод (Бехзод) Садыкович, является президентом Академии Наук Узбекистана (с 2000). Их мать (Бахри апа Гулямова) была родной сестрой выдающегося поэта Гафура Гуляма (Гафур Гулям (Гафур Гулямович Гулямов, 1903-1966), узбекский советский писатель, академик АН Узбекской ССР (1943), народный поэт Узбекской ССР (1963)). Она возглавляла Управление в Минкультуре. Перед ее деловыми, человеческими, умственными качествами можно склонить голову. Задатки ученого и организатора у Бекзода Юлдашева проявлялись уже в школьные годы. (Другой пример яркого проявления выдающихся способностей в школьные годы — это академик Шавкат Арифджанович Алимов (1945). Его отец, Ариф (Орифжон) Алимович (1912), был председателем Совмина (1959-61). Ш. Алимов женился на дочери председателя Ташкентского облисполкома Малике Джалиловой.

Старший брат Фариды-Муборак и Бекзода, Дарвин ака, был женат на сестре зампреда Совмина Узбекистана и министре иностранных дел (1959-69) писателе Сарваре Алимджановиче Азимове (1923) (потом Азимов стал послом Советского Союза, а при И. Каримове какое-то время снова был министром иностранных дел). Сарвар являлся братом узбекского поэта и члена-корреспондента АН Узбекистана (1943) Хамида Алимджана (Хамида Алимджановича Азимова, 1909-44), который был мужем известной поэтессы Зульфии, сохранившей верность рано ушедшему из жизни супругу до конца дней.

Дочь поэтессы Зульфии (Хулькар) вышла замуж за старшего сына писателя Ойбека Омон аку Ташмухамедова. Его брат академик Бек Ташмухамедов является псевдоэкологом, хотя, как биохимик, проявил выдающиеся способности. Сестра жены Бека Ташмухамедова (Ойниса апа, крупнейший ученый — химик) Нелля вышла замуж за Сурата Миркасымова (впоследствии посла), а его брат Мирахат Мирхаджиевич (1941) был председателем Совета Министров (1989-90).

Дочь Айбека Гуля вышла замуж за выдающегося узбекского кинорежиссера Шухрата Салиховича Аббасова (1931), сестра которого Ойдин Салиховна была министром. Сын Зульфии — Омон является депутатом Олий Мажлис. Брат Рустама Азимова — Бохадыр Азимов, учился в МГУ. После долгих переговоров его женили на дочери секретаря ЦК Компартии Узбекистана по идеологии Акила Умурзаковича Салимова. (Салимов был самым близким человеком Рашидова и после смерти Шарафа Рашидова, стал Председателем Верховного Совета УзССР, пока его не посадили). Младший брат Рашидова с горечью писал о предательстве Салимова в отношении Шарафа Рашидовича). Никакого отношения к мужу Х. Мусахановой (Салимову) он не имеет, как иногда пытаются связать. Сестра Рустама Азимова — Динара вышла замуж за сына председателя Ташкентского горисполкома Вахида Ахуновича Казимова. Дочь Казимова Гуля вышла замуж за сына академика Т. А. Сарымсакова — Равшана. Сестра Акила Салимова вышла замуж за племянника Сарымсакова Мухсин аку, который работал зам. министра автотранспорта и шоссейных дорог. Он был глубоко порядочным и добрым человеком. Его любили на автопредприятиях простые водители. Другая племянница Т. А. Сарымсакова (Зухра апа), у которой отец А. А. Сарымсаков был министром торговли (из той гвардии советских партработников, которые не путали собственный карман с государственным. Например, Расул Гулямов, Ариф Алимов, М. З. Мирза-Ахмедов, Александр Степанович Абдалин, Н. М. Матчанов, министр И. В. Стрельцов, А. Н. Рудин), вышла замуж за академика М. М. Хайруллаева, который в те годы занимал пост зав. отдела ЦК Компартии Узбекистана по науке… Зухра апа одновременно являлась племянницей и другого крупного математика и общественного деятеля С. Х. Сираждинова, брат которого генерал-лейтенант Бурхан Хасанович Сираждинов был выдающимся военным деятелем. Жена С. Х. Сираждинова Муносиб апа является племянницей академика химика-технолога М. Н. Набиева, дочь которого Нелля вышла замуж за сына академика М. В. Мухамеджанова Акрама Мухамеджанова, ставший физиком с мировым именем. Дочь С. Х. Сираждинова Рано вышла замуж за сына академика Хамудханова, а во второй раз за сына академика У. А. Арифова Пулата А. Академик У. А. Арифов является дядей академика Рахимы Хадиевны Аминовой (еще одна легендарная женщина — ученый и человек), жены академика Садыка Азимова, родителей Рустама Азимова. Двоюродный брат Тимура Агзамовича Алимова (1936) Хандомир Гафурович Гулямов женат на дочери академика Я. Х. Туракулова Ферузе, а ее брат женился на дочери Б. А. Абдуразакова (посла Советского Союза) Доно Абдуразаковой. Ее дядя У. Абдуразаков также являлся Послом. Рано ушедшая из жизни ее тетя Дильбар Абдуразакова была крупным комсомольским и партийным работником.

Другой брат женат на сестре жены Муххамада-Бабура Маджидовича Маликова (1948) (внук по материнской линии Ю. Ахунбабаева (1885-1943)), бывшего посла Узбекистана в США, министра юстиции, председателя Верховного Суда, который был молодой восходящей звездой политического небосвода и не потерял позиции при смене власти (Нишанов — Каримов). В 1993 г. из-за несогласия с политикой Каримова попросил политическое убежище в США.

Племянник Маликова женат на дочери бывшего зампреда Совмина, председателя Госплана Узбекистана К. А. Ахмедова (его на этом посту сменил И. А. Каримов), который женился на дочери Гафура Гуляма Олмос апе. При И. А. Каримове Кудрат Ахмедович Ахмедов занимал пост председателя Центральной Избирательной комиссии. Маликов является внуком Юлдаша Ахунбабаева, первого председателя Президиума Верховного Совета Узбекской ССР. Его сестра Лола апа воспитывалась у Ядгар Садыковны Насриддиновой, которая стала второй женой родного отца Лолы и Райхон — Сироджа Нуритдинова, который был первым секретарем ташкентского обкома партии, председателем профсоюзов Узбекистана. Я. С. Насреддинова впоследствии была Председателем Совета Национальностей ВС СССР.

Другой сын Гафура Гуляма академик Улуг Гафурович Гулямов (1933-1990) возглавлял Институт ядерной физики. Младший брат является и академиком, и министром обороны Узбекистана (Кадыр Гафурович Гулямов (1945)).

Профессор Гого Абрарович Хидоятов тоже женился на другой сестре жены Маликова. Его родители выдающиеся артисты Аброр Хидоятов и народная артистка СССР (1951) Сара Абдурахмановна Ишантураева (1911). Другая сестра жены Маликова была замужем за сыном бывшего первого секретаря ЦК Компартии Узбекистана в сталинские времена Амина Ирматовича Ниязова. Еще одна сестра жены Маликова вышла замуж за младшего брата Абдуразаковых.

Дочь академика и президента АН (1966-83) Обида (Абита) Сыдыковича Садыкова (1913) Камила вышла замуж за племяника жены писателя Ойбека, крупного ученого. Его брат Тимур Усманов тоже крупный ученый-физик, зампред Комитета по науке и технике. Брат Садыковой Камилы Алишер, декан химического факультета Национального универститета Убекистана, женат на дочери академика Анвара Агзамовича Агзамходжаева. Другой сын академика Садыкова женат на племяннице Ш. Р. Рашидова, у которой отец был 1 м заместителем председателя Комитета народного контроля.

Старшая дочь Рашидова Сайера (директор Института химии и физики полимеров Академии наук Республики Узбекистан) замужем за сыном академика И. Муминова (философ) Ахтамом (физик-ядерщик). Каримов назначил ее уполномоченным по правам человека (омбудсменом) Олий Маджлиса Республики Узбекистан. Другая дочь замужем за двоюродным братом Ахтама. Третья сестра Гуля (Гульнора, 1947) замужем за нынешним министром иностранных дел Абдулазизом Хафизовичем Камиловым (1947), у которого отец был крупным военным деятелем. Камилов — представитель «ташкентского клана», в 1992 г. получил пост заместителя председателя Службы национальной безопасности (СНБ) Узбекистана, а спустя два года стал министром иностранных дел. C 2003 г. — чрезвычайный и полномочный посол в США.. Самая младшая дочь замужем за сыном академика медика Васита Вахидовича Вахидова, основателя института грудной хирургии, гордости узбекской медицинской науки.

Сын Рашидова был женат на дочери 1 го секретаря Каракалпакского обкома (1963-83) Каллибека Камалова (1926), а сын Камалова женат на племяннице Ш. Рашидова, у которой отец крупный ученый механик, член-корр ВАСХНИЛ…»

Каримов

Известно, что узбекский президент
>Ислам Каримов принадлежит к «простому» роду (его называют таджиком или «ирони» из Самарканда), хотя одним из его зятей стал, по некоторым данным, представитель знатной семьи «ок-суяк».

После трагических событий весной 1989 г. в Фергане его канидатура была предложена на пост 1 го секретаря ЦК КП республики. На заседании Политбюро ЦК КПСС, куда его пригласили (июнь 1989 г.), чтобы рекомендовать для выдвижения, вспомнили о его отце, который имел конфликты с законом. Были высказаны сомнения, стоит ли останавливаться на его кандидатуре. По словам А. И. Каримова, он поднялся и заявил: «Вопрос не подготовлен, позвольте мне уехать». Без разрешения ушел с заседания и улетел в Ташкент. Вслед пришло положительное решение Политбюро.

1. Каримов Ислам Абдуганиевич (р. 30.01.1938, г. Самарканд). Шестой из семи детей. Семья, как вспоминает он сам, «неродовитая». Отец — простой служащий (узбек), мать — домохозяйка (таджичка). Первая жена, Наталья, русская. В настоящее время — младший научный сотрудник одного из НИИ в Ташкенте. Вторая жена, Татьяна Акбаровна, экономист, научный сотрудник Института экономики Академии наук Узбекистана.

1.1. Петр. Сын Президента от первого брака. Проживает в Москве. Экономист, кандидат наук. Заместитель председателя правления АКБ «Азия-Инвест Банк».

1.2. Гульнара (1972). Окончила факультет международных отношений Ташкентского Национального Университета Узбекистана имени Мирзо Улугбека, прослушала курс специализированного английского в Нью-Йоркском университете, потом в знаменитом институте FIT (Fashion Institute of Technology) закончила курс по дизайну. В Университете мировой экономики и дипломатии МИД Узбекистана Гульнара занималась проблемами международной безопасности. На спор поступила в Гарвардский университет, который окончила за один год вместо двух. После свадьбы оформила академический отпуск в университете Ташкента (факультет международных отношений) и уехала в Нью-Йорк. Работала в офисе ООН в Нью-Йорке, затем перешла в узбекское представительство в Комиссии ООН по разоружению. С 1997 г. Гульнара — советник по политическим вопросам МИДа и посланник посольства Узбекистана в Москве. Любопытно, что старшая дочь Президента — обладатель черного пояса в одном из видов боевых искусств. 1-й муж (с 1992, брак длился почти 10 лет) — гражданин США, выходец из Афганистана Мансур Максуди (1967) (бывший директор представительства Coca-Cola Bottlers Uzbekistan в Ташкенте. Максуди — семья американских узбеков, выходцев из Афганистана). Мансуди решил отсудить своих детей, потребовав также у бывшей жены 3 миллиона долларов, дом в Нью-Джерси стоимостью в 2 миллиона долларов, долю в узбекском предприятии (1,5 миллиона долларов) и два авто — «Лексус» и «Мерседес». Американский суд удовлетворил иск, предписав вернуть детей отцу в Нью-Джерси. Но Гульнора Каримова спрятала их в Узбекистане. 2-й муж (по неподтвержденным данным) — Садик Сафаев, с мая 2003 г. — министр иностранных дел (вместо А. Камилова).

В настоящее время Тульнара Каримова — советник посольства Узбекистана в Москве.

 

Реклама
Добавить комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: