Skip to content

Нацбанк: судья, прокурор и разведчик

03.06.2011

Бывшие сотрудники “Манас Банка”, попавшие в черный список Нацбанка, подали на него в суд. НБ КР продолжает настаивать на том, что они вели нездоровую банковскую практику, хотя финразведка и консерватор банка имеют противоположное мнение.
“Вечерка” уже писала, что в прошлом году вышло постановление правления НБ КР о том, что должностные лица “Манас Банка” были причастны к нарушениям законодательства, созданию ситуации, ставящей под угрозу финансовую стабильность банка, а также они не вызывают доверия (“Черные списки Нацбанка”, 3 декабря 2010 года). Правление НБ КР считает, что 16 человек вели небезопасную практику. В их число вошли не только председатель совета директоров, но и все члены правления, причем даже те, кто уволился задолго до 7 апреля, а также три начальника управлений.
В поле зрения НБ КР не попал почему–то только внутренний аудитор, к которому обычно в первую очередь предъявляются претензии. Более того, женщину даже взяли на работу в сам Нацбанк. После публикации статьи находящихся в Кыргызстане сотрудников вызвали на ковер в главный банк. Некоторым удалось убедить правление, что они работали в рамках законодательства и их исключили из списка лиц, которых не рекомендуется брать на работу в банковской сфере.
В ноябре сотрудники получили письма, почему Нацбанк считает их не заслуживающими доверия лицами. Разумеется, там указано, что должностные лица “Манас Банка” вели нездоровую банковскую практику с 2007–2008 годов, хотя НБ КР не выявил нарушений в указанных областях во время ежегодных проверок. Причем при предъявлении претензий НБ КР даже не удосужился проверить некоторые вещи, прежде чем обвинять людей в нарушении законодательства, в том числе Закона “О противодействии финансирования терроризма и легализации доходов, полученных преступным путем” (ПФД/ОД).
В этом году история получила продолжение. 4 февраля Нацбанк сообщил в Государственную службу финансовой разведки о фактах нарушения законодательства в сфере ПФД/ОД. В тот же день ГСФР, основываясь на этих доводах, но не проверяя их, составила протокол об административном правонарушении. В частности, речь идет о том, что сотрудники “Манас Банка” не проводили внутренние процедуры, регламентирующие работу с платежными системами MasterCard и American Express. При этом никто не учел, что “Манас Банк” работал только в качестве посредника–агента по распространению платежных карт, но не являлся эмитентом карт. Кроме того, не открывал для клиентов–держателей таких карт–счетов до востребования, а также не имел счета физических лиц по MasterCard, так как там речь шла о зарплатных проектах.
Также НБ КР теперь считает, что “Манас Банк” не проводил идентификацию клиентов. Хотя в договоре о выдаче и обслуживании расчетных карт уже предусмотрено заполнение таких полей, как ФИО, данные о рождении, гражданстве, паспортные данные, адрес прописки и проживания, контактные данные. В договоре также существует раздел о выдаче карты и об открытии счета, что избавляет от необходимости дублировать эту информацию где–либо еще. Важно то, что предыдущие проверки банковского надзора НБ КР даже не давали рекомендаций по разработке какой–то внутрибанковской документации. Ладно бы рекомендации были, но их не исполняли на протяжении ряда лет. Но ведь никого в НБ КР ничего не смущало. Или же там все вошли в сговор? Но почему же тогда проверяющие также не проходят по обвинению в нарушении законодательства и не попали в памятное постановление правления НБ КР? Это двойные стандарты?
25 марта консерватор “Манас Банка” Мария Таранчиева написала в финразведку письмо с объяснением всех процедур, где Нацбанк разглядел нарушения. В итоге в ходе анализа деятельности комбанка было выявлено, что он не нарушал законодательство, а все операции по перечислению денег на карты платежной системы MasterСard передавал ранее в ГСФР. Поэтому консерватор не увидела оснований для наложения штрафа со стороны финразведки, попросила пересмотреть решение и отменить протокол об административном правонарушении.
7 апреля ГСФР постановила прекратить дело об административном правонарушении, заведенном на основании протокола от 23 марта.
Разумеется, в отношении изгоев нет приговора суда, что они причастны к финансированию терроризма и отмыванию доходов. Но Нацбанк продолжает считать сотрудников “Манас Банка” не заслуживающими доверия, из–за чего их карьера в банковском секторе может прекратиться навсегда. Больше похоже на то, что надзорный орган сводит какие–то личные счеты или продолжает настырничать просто из упрямства. При этом забывает о нормах Административного кодекса и Закона “О противодействии финансирования терроризма и легализации доходов, полученных преступным путем”. Согласно им, вопросами отмывания денег занимается финразведка, которая проблем в деятельности “Манас Банка” не нашла.
Тем временем исковые заявления сотрудников “Манас Банка” рассматриваются в первой инстанции.

словесная эквилибристика
В соответствии с законодательством коммерческие банки должны передавать в финразведку сообщения о подозрительных операциях на основе установленных критериев, чем финансово–кредитные организации и занимались с момента создания госструктуры. Там сообщения анализируют и обязаны направить материалы в правоохранительные органы.
Есть еще иная схема взаимодействия, призванная противодействовать отмыванию доходов, полученных преступным путем, о которой рассказал информагентству “АКИпресс” зампред НБ КР Абдыбалы тегин Суеркул. “Когда мы планируем проверить какой–то банк, направляем официальный запрос в Службу финансовой разведки. Они присылают перечень информации, которую надо проверить. Мы информацию перепроверяем, выявляем отклонения. Результаты этой проверки отправляем в Службу финансовой разведки. Кроме того, все коммерческие банки информируют Службу финансовой разведки. Мы также, если у нас возникают подозрения по руководителям, по акционерам, по клиентам, можем в принципе обратиться в Службу финансовой разведки, чтобы они связались с соответствующими органами за границей на основе международных соглашений”, — цитирует информагентство слова куратора банковского надзора. Он также отметил, что данная работа проводится не на таком высоком уровне, который предполагает глубокую аналитическую и оперативную работу, чтобы потом была возможность передавать дела в правоохранительные органы для последующего расследования. Значит ли это, что из–за плохой координации или недостаточного профессионализма госслужащих сохраняется опасность того, что через банковскую систему Кыргызстана до сих пор проводятся подозрительные операции, но о них Нацбанк с финразведкой молчат? Как показывает статистика, не настолько снизился объем транзакций после того, как был обанкрочен АУБ и введен режим консервации в 4 банках.
Кроме того, Нацбанк уполномочен направлять секретные письма в финразведку, которая должна передать информацию в финпол для заведения уголовного дела. И уже в рамках следственных мероприятий, а потом судебных разбирательств следует доказать, что какой–то банк участвовал в схемах по отмыванию доходов, полученных преступным путем. Однако ничего подобного не делалось.
Более того, нынешнее руководство Нацбанка не упоминает информацию о том, что до апреля за подписью их предшественников в финразведку направлялся ряд секретных писем. То есть Нацбанк ставил в известность госорганы о своих подозрениях, хотя теперь следствие пытается представить все таким образом, что бывшее руководство НБ КР было в сговоре с должностными лицами ряда коммерческих банков. Но вместо того, чтобы рассмотреть письма и направить материалы в финполицию, в ГСФР занимались чем–то другим. Теперь, конечно, ссылаются на запреты Максима Бакиева. Больше же ответить нечем. Но почему же президентская семья не запрещала руководству Нацбанка ранее передавать письма? То есть цепочка координации между госорганами порвалась, а теперь все хотят придумать себе оправдания и переложить ответственность за свое бездействие? Или нарушений законодательства в части отмывания доходов у банков не было, как это выяснилось теперь в случае с “Манас Банком”, а имеет место быть политическая мотивированность?
Продолжаются и обвинения со стороны НБ КР в том, что банки нарушали Закон “О ПФД/ОД”. С одной стороны, руководство Нацбанка утверждает, что комбанки вели подозрительную деятельность. С другой — вспоминает, что до завершения следствия и вынесения судебного решения об этом говорить рано. При этом происходит манипулирование общественным мнением на том, что не все понимают, что же представляет собой легализация доходов, полученных преступным путем. А это подразумевает, что банки знали, что к ним преступники принесли деньги, полученные от продажи оружия и наркотиков. Но ведь для легализации “черного нала” существуют уже отработанные схемы, а в банки приносят уже легализованные деньги. Понятно мнение госорганов, которые на уровне интуиции, а не доказательств, считают, что банки, которые ассоциировались с Бакиевыми, не могли не заниматься подозрительными операциями.
Но разве тут идет речь об отмывании преступных доходов, когда в Кыргызстан заходят огромные объемы сумм от крупнейших банков России, Казахстана и дальнего зарубежья? Ведь и в российские банки деньги заходят уже отмытые, и врагов нужно искать в других структурах, которые участвуют во внешнеэкономической деятельности. Например, в налоговых и таможенных органах.
Конечно, подобные заявления говорят об уровне компетентности госслужащих. В самой финразведке признают, что на самом деле имеет место быть легализация “серого импорта” и оптимизация доходов иностранными бизнесменами через банки, в том числе кыргызстанские. Но это уже совсем другая история. Под нарушения законодательства КР такие операции не подпадают.
Дина МАСЛОВА.
Рисунок Романа БЯХОВА

17.05.2011

Реклама

Обсуждение закрыто.

%d такие блоггеры, как: